— Так значит, ты считаешь, что твоя любовь что-то значит в этом мире? Она способна
преодолеть всю эту власть, пересилить любую мощь и волшебство, победить смерть?
Дэвид этого не говорил, но он вдруг понял, что она давно спорит не с ним, а с собой.
Какая-то ее часть говорила нечто созвучное словам Дэвида, другая — противоположное. Он
понял, что Идэль разрывается между каким-то двумя возможностями, стоит перед важнейшими
внутренним выбором, между тем, как видеть мир, что поставить во главу угла, что признать
подлинной ценностью. Этот конфликт назревал в ней давно, Дэвид послужил лишь катализатором
процесса. Он не думал, что любовь способна решить все проблемы, но Идэль ставила его перед
необходимостью ответить «да» или «нет», и никаких полутонов не допускалось. Он это понял, когда начал отвечать, пытаясь уйти от прямого ответа и повернуть разговор в другое русло —
увидел, как тускнеют ее глаза. Она снова отдалялась, становилась чужой. Все равно, как если бы
он согласился с тем, что любовь ничего не значит. Идэль не оставляла ему выбора: все или ничего.
Два варианта и никакой середины.
— Да, — сказал он, не отпуская ее взгляда. — Да, я так считаю.
— Ну что ж, — Идэль натянуто улыбнулась. — Сейчас мы это проверим.
***
Боевая станция «Громовержец» покинула Хеллаэн незадолго до полуночи. Станция не
имела никакого материального воплощения и существовала как исполинский конгломерат
заклятий на одном из энергетических пластов Темных Земель. Она вышла за пределы
метамагического поля метрополии, влившись в более масштабную систему течений,
соответствующую всему нимриано-хеллаэнскому потоку миров. По одной из артерий станция
беззвучно продвигалась к периферии. Все энергетические потоки приводили к различным мирам, которые служили как бы поворотными пунктами, регулирующими направление течений. Кроме
миров, здесь существовали системы меньшей сложности: руины лекемплетов, огромные области
разреженной энергии, системы каналов и пересадочных станций, созданные хеллаэнскими
торговцами и путешественниками. Сенсоры «Громовержца» были достаточно чувствительными,
чтобы фиксировать все это разнообразие, но сам он использовал для перемещения тот уровень
частот, который людьми, богами и демонами оставался практически неосвоенным.
«Громовержец» был волной, которая сама могла настраивать собственную частоту. Он оставался
невидим и неслышен среди блистающего великолепия астрала.
Станция достигла мира НN-2983А через несколько часов. Она могла сделать это и
быстрее, но тех, кто контролировал ее, конфиденциальность заботила даже больше, чем успешное
выполнение задания. Из энергетических артерий, общих для всего потока, «Громовержец» влился
в кольцевые течения НN-2983А. Метамагическое поле этого мира было на несколько порядков
проще и слабее, чем то, которое формировала метрополия; «Громовержцу» пришлось двигаться
совсем тихо и медленно, чтобы не вызвать возмущений, которые могли быть замеченными
обитателями планеты. Словно фантастический, немыслимый корабль, «Громовержец» входил в
гавань мира, постепенно приближаясь к своей конечной цели.
Он остановился в той зоне астрала, которая соответствовала излучениям территории
вокруг замка Причащенных. Внизу все было тихо. Люди, управлявшие «Громовержцем» — они
находились в Хеллаэне, сама станция была абсолютно пуста — отдали ряд команд, результатом
которых стало перераспределение энергии внутри станции и перевод ее в боевой режим.
Выдвинулись контуры орудий, началось накопление заряда.
Кариглем и Аллайга почувствовали что-то неладное, но характер угрозы остался неясен, они не могли — да и не успели бы — обнаружить станцию за считанные секунды перед ударом.
Безымянный волшебник в Хеллаэне под пристальным взглядом нескольких высокопоставленных
персон скомандовал залп. Воронка в нижней части «Громовержца» исторгла целый водопад
зеленого огня. Возникла чудовищная колонна высотой в двадцать километров, диаметром более
ста метров. Нижней точкой для этого огненного столба стал замок.
Колонна, как ослепительная нить, связующая небо и землю, пылала в воздухе меньше двух
секунд. Затем она пропала. Заряд иссяк.
— Залп произведен, — отрапортовался командующий станцией.
— Может, стоит повторить? — Предложил кто-то.
— Нет. Выводите ее, — скомандовал бургомистр Хоремона.
Станция вышла из боевого режима и по ступеням астральных слоев поднялась ввысь,
чтобы вновь выйти в межмировую систему энергетических течений. Но, пока длился переход,
сенсоры станции улавливали происходящее на планете НN-2983А и передавали информацию в
метрополию. На фантомных экранах, развернутых в командном посту, можно было видеть какие
результаты произвел выстрел «Громовержца» на различных пластах мира. Имелись, конечно, и
изображения материального плана. После включения фильтров пыли, на этих изображениях даже
стало возможным что-то разглядеть.
Замка больше не существовало. Равно как и горной гряды в радиусе четырехсот
километров от эпицентра. Непосредственно в том месте, где стоял замок, образовалась воронка
глубиной в полтора километра. Большой объем вещества был превращен в пар и плазму; за
