– А что, Серёга, снял бы сегодня Басаева, тебе бы Героя дали, – засмеялся Барышев. – Я бы потом пионэрам рассказывал, что рядом стоял… Не! Как тащил тебя к геройству. На себе верхом.
– Пионэрам… – насмешливо передразнил Журкин. – Ну и язва ты, Лёха. Чую, попал я с этим краповым беретом, батрачить мне не отбатрачить.
– Попал, Серёга, попал, за гордыню краповую платить надо, – с нарочито серьёзной физиономией согласно закивал Барышев. – Да и с Басаевым ты сегодня по полной облажался. Один выстрел – и, глядишь, война бы закончилась. А так навешали чеченам люлей по самое не хочу, теперь жди, когда они на разборки пожалуют…
Они не могли не пожаловать. Слишком близко к Новолакскому была высота 715,3, которую местные называли Телевышкой. Как на ладони были видны отсюда и село, и все дороги, в него ведущие. Опытный корректировщик огня авиации ли, артиллерии ли, неважно, в одночасье заблокировал бы село при штурме. И уж слишком очевиден был просчёт боевиков, которые выдвигались на высоту лишь с рассветом, до заката контролируя окрестности и оставляя её на ночь. Хотя ошибка это была или инстинкт самосохранения, после ночной резни на горе Ослиное Ухо, где сделал своё дело спецназ ГРУ, уже и не выяснишь. Ясно другое: и захват Телевышки, и уничтожение своего дозора боевики восприняли как угрозу штурма села, и потому во что бы то ни стало им надо было вернуть господство над высотой.
Первая война многому научила чеченских полевых командиров. В первую очередь тем шаблонам, по которым часто действовали штабы российских войск. Поэтому-то основные силы боевики бросили не на штурм высоты, а на её блокирование: главное теперь – не пропустить подкрепление, которое обязательно пойдёт той же дорогой, что и спецназ.
Увы, всё так и вышло. И подкрепление – колонна бригады внутренних войск под командованием генерал-майора Терентина – попало в засаду, не дойдя каких-то пятисот метров до высоты, когда казалось, что всё уже, задача выполнена.
Ожесточённая перестрелка в зелёнке у подножия высоты была слишком хорошо слышна и понятна Яшкину. Посланная им вниз по заросшему редким леском южному склону разведгруппа угодила под плотный отсекающий огонь и вынуждена была вернуться. Откатилось обратно и подкрепление. Бросив пять сожжённых бронетранспортёров, генерал Терентин отступил, спасая колонну от полного уничтожения. И девяносто четыре спецназовца из отряда Яшкина остались один на один с несколькими сотнями боевиков.
Недовольный, невыспавшийся генерал Казанцин, командующий Северо-Кавказским военным округом и по совместительству – Объединённой группировкой войск в Чечне, появился на полевом командном пункте и раздражённо рявкнул, перебивая доклад дежурного офицера:
– Генерал-майора Черкашина ко мне, быстро!
Казанцин был зол. Через три дня в зону боевых действий должен прилететь новый премьер-министр России Путин, и потому из министерства обороны пришёл категоричный приказ – очистить от боевиков все сёла горного Дагестана и в первую очередь Ботлих и Новолакское.
«Ну с Ботлихом всё удачно вышло, – размышлял Казанцин. – Морская пехота из Каспийска вовремя подоспела на помощь местному ополчению и продержалась до подхода основных сил. И хоть пришлось повозиться, но войска своё дело сделали чётко – рассеяли и отбросили боевиков обратно в Чечню. А вот с Новолакским как-то сразу не заладилось. И местного ополчения тут не было, и о появлении боевиков никто не предупредил, и липецкий ОМОН попал как кур во щи – застрял в райотделе милиции. Вытаскивай теперь ментов этих, если они ещё целые, пока новый премьер не приехал. Кто знает, что стоит за очередной ельцинской загогулиной, может, и надолго Путин этот в премьерах задержится… Лучше бы его в Ботлих повезли, если уж так приспичило», – думал Казанцин.
Но думай не думай, а приказ надо выполнять, потому и пришлось Казанцину лично ускорять операцию по освобождению Новолакского. Всё проверил, всё утвердил, дождался, пока спецназ на высоту выйдет. Высота 715,3 особое место в плане Казанцина занимала. Потому и отправлял отряд налегке, чтобы как можно скорее её занять. Потому и дожидался доклада, что отряд укрепился и всё спокойно. Лишь после этого уехал с командного пункта в надежде хоть немного поспать. Но выспаться не удалось. Вроде только-только забылся во сне, как разбудили докладом о разгроме колонны Терентина. Почему так?! Ведь он же всё предусмотрел, подкрепление с боезапасом для армавирского спецназа вышло в положенный срок, по проверенному маршруту, и никаких неожиданностей, по его разумению, не предвиделось…
– Я не понял, Черкашин, – тяжёлые мысли командующего наконец-то выплеснулись на появившегося с докладом заместителя по внутренним войскам, – мне что, самому в атаку ваших вояк водить?! Почему Терентин откатился от высоты?! Ко мне этого генерала конвойного! Что с высотой?!
