Разговор ксендза с евреем:
– Вы, евреи, странный народ. Не верите в воскрешение Христово, а в то, что ваш цадик переплыл реку на носовом платке, верите…
– Но это же правда!
Варшава. Яков Лившиц сидит в казино. На сцене певец.
– Еврей, – шепчет Яков своему соседу-поляку. Певца сменяет черноволосая танцовщица.
– Точно еврейка, – говорит Яков. Появляется куплетист.
– Еще один, – замечает Яков.
– О Езус! – не выдерживает поляк.
– Тоже еврей!
Еврей купил попугая. Когда принес домой, попугай закричал:
– Покончим с евреями! Еврей покачал головой:
– Это надо же, с таким носом…
Старый еврей жалуется доктору, что плохо слышит левым ухом. После осмотра доктор говорит:
– Ничего не могу поделать. Это старость.
– А что, мое левое ухо старше правого?
Доктора Герца ночью вызывают к богатому пациенту. Осмотрев больного, доктор спрашивает:
– Завещание вы уже составили?
– Нет! А что?
– Да! Сию минуту вызовите нотариуса.
– Вы думаете, доктор, что моя жизнь в опасности?
– Ничего подобного. Я просто не желаю быть единственным идиотом, который из-за вас не спит по ночам!
В результате несчастного случая умер Мендель. Нужно уведомить жену.
– Это надо сделать осторожно… как-нибудь постепенно… – говорит один приятель.
– Постепенно? – задумчиво спрашивает другой.
– Тогда надо послать Абрама, он заикается.
Еврей плачет над могилой.
– Ой вей, почему ты так рано умер?
– О ком это вы так горюете? – спрашивает кладбищенский нищий.
– О первом муже своей жены.
Шмуль после обследования у профессора кладет на стол три рубля.
– У меня обследование стоит десять рублей, – говорит профессор.
– Ах, извините пожалуйста, мне сказали – пять…
– Скажите, здесь живет доктор Бергер? Знаете, такой небольшой, толстый, с лысиной.
– Третий этаж направо. Он живет, конечно, не в этом доме, а напротив. Доктор ли он, я не знаю. Но послушайте, как вы можете утверждать, что он маленький и толстый, я бы скорее сказал, что он скорее худой. Бергером его тоже не зовут. Да, подождите… его зовут Мандельштам. Его зовут! Три недели назад он, бедняга, умер. Мне искренне жаль вас.
Местный и приезжий евреи стоят у могильной плиты с надписью «Неизвестному еврейскому солдату». Приезжий сокрушается:
– Никак нельзя узнать, кто здесь лежит?
– Почему нельзя? Все знают, что здесь лежит Хаим Рабинович.
– Так причем здесь неизвестный солдат?!
– Точно неизвестно, был ли Хаим Рабинович солдатом.
Когда Рабиновича берут в армию, он говорит, что он хотел бы служить во флоте.
– А плавать вы умеете?
– Плавать? Мне это нравится! У вас что, кораблей нет?
Еврей отличился в русско-японской войне. Он может выбрать награду: георгиевский крест или сто рублей.
– Какая цена георгиевского креста? – спрашивает он.
– Бессмысленный вопрос, – отвечает офицер, – сам крест стоит не больше рубля. Здесь речь о чести.
– Понимаю, – говорит еврей, – дайте мне 99 рублей и крест.
Немецкий кайзер незадолго до конца войны навещает госпиталь. Он дружески беседует с пациентами. Все говорят, что уверены в победе. Кайзер подходит к постели раненого еврея.
– Конечно, мы выиграем, ваше величество! Но я должен дать совет на всякий случай: перепишите провинцию Бранденбург на имя жены.
– Скажи, милый друг, – спрашивает еврей своего приятеля-христианина, я хочу завтра креститься. Как мне следует одеться?
– При всем желании не могу ответить: в нашей семье для этого пользуются пеленками.
– Помогите погорельцу. Сгорело все мое богатство и я сам убежал в чем был…
– А у вас есть документ о том, что вы погорелец?
– К сожалению, документ тоже сгорел!
Еврею из глухого местечка впервые показывают телефон.
– Это очень просто! Одной рукой нужно снять трубку, другой набрать номер…
– А как разговаривать, если обе руки заняты?!
– Ты идешь на похороны Рабиновича?
– Почему это я должен идти? Думаешь, он придет на мои?
Молодой еврей стоит перед входом в рай и стучит в дверь.
– Я хочу в рай!
– Молодой человек, но для этого надо совершить какой-нибудь благородный поступок…
– Я подошел к римскому цезарю и в глаза сказал ему все, что я думаю об этом мучителе евреев!
– И когда это было?
– Минут десять назад!
Два еврея обсуждают своего ребе.
– А недавно он совершил чудо! К нему в синагогу ввели хромого и он сказал: «Брось костыли и иди!»
– И что хромой?
– Он упал и разбился.
– Так какое же это чудо?
– Зато я видел это собственными глазами!
– Изя, нет сил терпеть, пристрели меня!
– Я бы пристрелил, но патроны кончились, – говорит Изя.
– А ты у меня купи!
Четыре часа ночи. Абрам ворочается с боку на бок в постели, никак не может уснуть. Сара его спрашивает:
– Ты чего не спишь?
– Да вот занял у соседа червонец и давно истратил. Теперь придется свой отдавать, а жалко! Сара стучит в стенку:
– Сосед, Абрам брал у тебя червонец?
– Да, брал.
– Так вот, он тебе его не отдаст! Поворачивается к Абраму:
– Спи спокойно, теперь пусть Абрам мучается!
Приезжий проповедник в своей проповеди упрекает тех, кто торгует по субботам. В конце проповеди к нему подходит купец, пожимает руку и дает приличную сумму. Довольный проповедник говорит:
– Что, убедил я вас?
