— Знаете, вы удивитесь, но иметь в качестве любовника меня, вам очень даже выгодно, — Рене улыбнулся мне.
— Отчего же? — не поняла я такого заявления.
— Я щедр, галантен, красив, в постели не противен, искусен в любви… Да и сами вы не смогли бы выбрать подходящую кандидатуру. Заигрывания с вашим легкомысленным родственником — этому яркий пример, — ответил он.
— Но зачем мне вообще любовник? Я бы прекрасно прожила бы и в компании Оливье, — удивилась я.
— Возможно вы бы и смогли, но он вот — нет, — фыркнул мой собеседник.
— Что вы хотите этим сказать???
— Моя наивная инфанта, даже самые глубокие и чистые чувства не могут существовать вечно. Вы, конечно же, красивы, начитаны, по-своему умны, но мужчина любит разнообразие. Через пару лет ваших отношений, даже без вмешательства извне, Оливье бы вспомнил и про мадам де Шеврез, и про иную привлекательную и не обремененную нормами морали даму…
— Вы имеете в виду, что я бы ему наскучила, и он стал бы мне изменять с более или менее симпатичными женщинами? — несколько обиженно уточнила я.
— По-моему предпосылки к этому уже были, — ответил Рене, не скрывая намёка на вполне очевидное.
Я поджала губы, вспомнив увиденную сцену измены с ненавистной мне Мари.
— Значит, он меня не любит, — тихо проговорила я.
— Мадам, не стоит делать поспешных выводов. Мужчины непостоянны по своей природе. Верность одной даме — явление редкое, прямо скажем — мифическое. Если бы муж не любил вас, он бы не пошёл на довольно неоднозначный ритуал. Уверяю вас, у него был способ прервать ваш союз и заключить новый брак с более здоровой девицей, — заметил Рене, — Оливье многим пожертвовал пойдя на это, но наша с вами связь как раз таки и поможет сохранить ваш союз. Если у него будет соперник, то его внимание всегда будет приковано к вам.
— Соперник? Разве он ревнует меня?
— Естественно, ревнует, наивная вы душа. Несмотря на его учтивость, вежливость, и даже некий юмор, он с большим трудом и достоинством скрывает непреодолимую ревность. Самое большое желание для него теперь — чтобы вы всегда выбирали только его. Мы на самом деле стремимся завладеть вашим вниманием. Только вы про этот секрет ему не разболтайте, — улыбнулся мне Рене.
— Я могу понять Оливье, но зачем вам моё внимание? Мне кажется, что такой искушённый в любви человек, может найти себе объект для обожания, и даже не один…
— Безусловно. Но постепенно, со временем, приходишь к пониманию, что отношения должны нести не только страсть, но и нечто бо́льшее, — ответил он мне.
— Что же? Любовь?
— Нет. Любовь, как и страсть, явление приходящие. Она недолговечна, но в отличие от страсти, длится чуть дольше и несколько глубже. Я говорю о том, что всегда связывает мужчину и женщину — общие интересы.
— Ну и какой же у нас общий интерес?
— Воспитание нашего малыша. По мне так интерес на долгие года.
— Но почему со мной? Ведь можно было найти другую кандидатуру на роль матери вашего потенциального наследника. К тому же, я замужем, а свободная девушка для вас, наверное, была бы предпочтительней, — удивилась я.
— Вы ошибаетесь. Найти достойную женщину, которая бы выносила ребёнка, занималась его воспитанием, да и вообще помнила бы, что у неё есть сын, а не одна лишь светская жизнь — в наше время такую чаровницу найти проблематично. К тому же, как раз брак-то я обеспечить даме и не могу. Поэтому не каждая согласится воспитывать бастарда.
— А как же мадам де Шеврез? Она с лёгкостью обзавелась внебрачным сыном и вспомнила о нём, когда мальчик несколько подрос, — заметила я.
— Вы невнимательны. Я говорил ранее, что для воспитания моего наследника мне нужна чуткая и внимательная к ребёнку женщина, а не любительница интриг.
— И такую женщину вы увидели во мне?
— Да. Это и меня самого удивило. Вы подходите мне по всем пунктам. Конечно, ваш брак с моим другом был препятствием, из-за которого я даже думал отказаться от мысли оказывать вам внимание. Но после того, что с вами произошло, когда нашёлся только такой выход, я подумал, что это судьба, — он придвинул меня к себе, — Ради вас я пошёл на этот договор с определёнными жертвами, — он поцеловал меня в шею, — Ради вас и Армана.
— Армана? Кто это??? — не поняла я.
— Так будут звать нашего сына, — прошептал он мне на ухо.
— Но мне не нравится это имя. Оно тяжеловесное, звучит, как название части доспехов, — поморщилась я, — Я думала назвать мальчика в честь моих братьев Луи или Анри…
— Сударыня, у нас каждый второй мальчик в дворянской семье Луи, а каждый третий Анри. Наш ребёнок должен носить красивое и не массовое имя. Кстати Арманом звали моего отца, — возразил Рене.
— Это имя может стать вторым или третьим, но не первым. Оно звучит не очень элегантно, — настаивала я на своём.
— А у вас есть на примете другие имена?
— Как насчёт Далматия? — усмехнулась я.
— Вы издеваетесь?! Это вашего с Оливье сына хоть Енотием назовите — мне лично будет всё равно. А у моего ребёнка имя будет с прекрасным значением.
— Ну, можно назвать в честь моего дяди или отца — Антуаном или Мишелем, — предложила я.
