Ангел с черным крылом полностью

Ошарашенная услышанным, Уна не сразу отдернула руку. Ей уже доводилось слышать эти слова – но их произносили в пьяном угаре, по глупости. Один чудак даже пропел их ей. Но в глазах тех мужчин, остекленевших от алкоголя, не было и капли искренности. Это было нечто новое и пугающее.

Приближающиеся быстрые шаги спасли Уну от необходимости отвечать. Почти одновременно Уна и Эдвин сделали шаг назад. К ним приближалась женщина в простеньком хлопковом платье и фартуке, видимо, местная надзирательница.

– Ой, простите, я не слышала, как вы вошли! – Она потерла заспанные глаза и кивнула в сторону самой дальней палаты, из которой как раз показалась уборщица с ведром в руках. – Салли вообще-то обязана сообщать нам, если кто-то приходит. Наверное, она вас тоже не услышала.

– Ну, мы старались… э-э… не шуметь, – выдавила из себя Уна, – еще ведь рано, ваши пациенты наверняка спят…

Старшая медсестра хмыкнула.

– Эти? Да они так дрыхнут, хоть из пушек пали! Пока не начнут трезветь. Вот тут они просыпаются от любого шороха и начинают ворчать…

Уна увидела, как уборщица перекрестилась и пошла дальше по коридору. Оказавшись вдвоем с Эдвином, она на миг забыла, в каком ужасном месте находится. Теперь удушливая вонь снова била ей в нос.

– Вчера к вам поступила новая женщина, – начал Эдвин.

Поза его стала более официальной, а взгляд холодным.

– Рыжие волосы. Невысокого роста. В состоянии сильного алкогольного опьянения, но в сознании. Я пришел проведать ее, но мне сказали, что ее уже нет в отделении. Ее отпустили домой или перевели в другое отделение?

Медсестра прижала руки к груди.

– Не то и не другое, сэр! А что, дежурный врач не сообщил вам?

– Я еще не дошел до него.

– Она умерла, сэр!

Услышав это, Уна вздрогнула, словно ее стегнули хлыстом.

– От чего же? – удивленно спросил Эдвин. – У нее ведь не было признаков никаких заболеваний – только алкогольная интоксикация!

С этими словами Эдвин повернулся к Уне.

– Вы вчера осматривали ее в приемном покое, сестра Келли. Вы не заметили ничего такого?

Уна лишь покачала головой и прошептала:

– Умерла? Вы уверены?

– Да, мисс! Из-за опийной настойки.

– Но я не прописывал ей опийной настойки! – возмутился Эдвин.

Медсестра отошла к столу, что стоял в самом конце коридора, и вскоре вернулась с маленькой бутылочкой.

– Я нашла ее мертвой почти сразу после полуночи. В ее кармане было вот это. Высосала до последней капли.

Уна выхватила бутылочку из рук медсестры. На этикетке красными буквами было написано: Опийная настойка, спирт 47 %, опий 60 грамм на унцию. А ниже было написано «Медицинская лаборатория Бельвью». Но в бутылочке, что Уна вложила Дейдре в ладонь вчера, было буквально несколько капель на дне. С такого количества передозировки быть точно не могло…

Осознав, что старшая медсестра вытрезвителя и Эдвин вопросительно смотрят на нее, Уна начала оправдываться.

– Наверное, стянула, пока я помогала перевязывать другого пациента. Вчера в приемном покое царил такой хаос… Я даже не запомнила время, когда эта женщина поступила…

– Это определенно не ваша вина, – сказал Эдвин и повернулся к надзирательнице. – Разве вы не обыскиваете пациентов и их вещи при поступлении в отделение?

– Конечно проверяем, сэр! Но мы ничего у нее не нашли.

– Ну, такую маленькую бутылочку можно легко спрятать… – задумчиво произнесла Уна, возвращая бутылочку медсестре. – Но я никак не пойму… Как вы поняли, что она мертва, а не просто крепко спит?

– Нет, мисс. Ее глаза… Широко открытые и красные как у кролика. Я чуть не умерла от страха, жуть! Я вбежала в палату и убедилась, что она не дышит! А уж потом нашла эту бутылочку у нее в кармане.

– Вы уверены? Опийная настойка замедляет пульс и дыхание. – Голос Уны срывался. – Может, она спала, а вы решили…

– Я вызвала дежурного врача, он осмотрел ее и сказал, что она мертва.

Он мог тоже ошибиться! Ведь его выдернули из кровати среди ночи и притащили в это вонючее адское отделение. Может, он щупал ее пульс не в той точке! Или не слишком сильно прижимал к ее груди свой стетоскоп… Уна должна убедиться сама.

– Где она сейчас?

– В морге!

Утренний туман начал потихоньку уползать обратно к реке, когда Уна поднялась из вытрезвителя. Но морг – низкое одноэтажное здание в дальнем углу больничного двора – был все еще окутан белесой пеленой. Она слышала позади себя шаги Эдвина, но даже и не подумала остановиться и подождать его. Он не пошел за ней дальше, и она была только рада этому. Она просто не могла сейчас думать о нем, о том, что он сказал и что она не ответила ему… Сейчас Уна могла думать только о Дейдре.

Уна прошла мимо длинного деревянного сарая, часть которого стояла на сваях над гладью реки. Говорят, в этом сарае хранят пустые гробы. Морг примыкал к нему. Здесь была калитка, через которую можно было попасть на Двадцать шестую улицу. В дальнем углу маленького внутреннего дворика громоздилось десятка полтора гробов. Одни – большие и длинные, другие – совсем маленькие, явно предназначенные для детей.