Я пошатнулась, и Габриэль, который всё это время был молчаливым и как-то странно на меня смотрел, всполошился, поддержав рукой под спину.
— Анна, с тобой все хорошо? Какая-то ты сама не своя сегодня.
Я из последних сил улыбнулась парню.
— Да, всё хорошо, Габи. Просто сложные дни на работе, я плохо спала и очень устала, пока вела машину из Милана. Я лучше пойду домой. Хорошего вечера!
Попрощавшись с компанией, взяла Вишенку за руку, спустилась с террасы и вошла в подъезд. Молча поднялась с дочерью на второй этаж и не сразу поняла, что остановилась и стою перед дверью, не спеша входить.
Мои мысли были сейчас не здесь, и даже не в этой части Италии. И это был крайне плохой знак.
— Анна, погоди! Ты забыла!
Следом за нами на квартирную площадку взбежал Габриэль и передал мне в руки сумку, которую я забыла на террасе, взяв вместо неё рюкзак Марии.
— Держи, а то домой не попадете!
Мне показалось, что парень замешкался, когда я повернулась к нему, словно хотел о чём-то спросить. Но передумал. Вместо этого сунул руку в карман джинсов, а другой почесал кудрявую шевелюру.
И всё же окликнул негромко, когда я открыла ключом замок и впустила дочь в квартиру.
— Анна?
— Что, Габи?
Я обернулась. Сосед грустно на меня смотрел.
— Ничего. Просто, если тебе что-то понадобится, даже ночью… я вот здесь живу, — он показал большим пальцем за спину. — Ну и мой номер телефона у тебя есть. И ещё.…
— Да?
Габриэль сделал неловкое движение рукой по направлению к своей шее.
— У тебя волосы отросли.… рыжие. Вот здесь прядь.
Я молча отвернулась, вошла в квартиру и захлопнула перед парнем дверь. Простояв минуту, стащила с головы парик, привалилась к стене спиной и закрыла лицо руками.
Стены моей крепости рушились на глазах, и я не знала, как это остановить.
— Мамочка? Мам! — Мария тоже прижалась ко мне. Обняла ручками за бедра. — Не плачь! Мы уедем отсюда, и нас никто не найдет!
— Да, мое золотце. Уедем. — Я должна была дать ей надежду, и погладила дочь по отросшим волосам. — Никто.
Надо будет их подстричь и покрасить. И выбелить себе волосы, чтобы кардинально изменить внешность. Именно на такой случай я и оставляла их длинными.
Но уже не здесь, не в этой квартире.
А прежде надо найти новое жилье. Сложить вещи. Выбросить всё, что успели накопить в Бергамо, и от чего теперь придется отказаться.
Надо придумать, как прожить несколько месяцев без документов, прежде чем я снова смогу воспользоваться чёрным париком и паспортом Анны Риччи. Надо успеть исчезнуть прежде, чем страх и сомнения, что я ошиблась, что не было причины бежать из Бергамо, окончательно не разрушат меня.
И придется продать любимый «Фиат», который почти два года так верно нас выручал.
Накормив и уложив дочь в кровать, я сама ещё долго не сплю. Сижу за ноутбуком, смотрю карту Италии, и мысленно прокладываю маршруты. Запоминаю дороги, названия железнодорожных станций и городков, потому что ничего записывать нельзя. Стоимость небольших гостиниц и съемного жилья. Ловлю себя на мысли, что не хочу, но думаю об Ангеле.
Нет, не так.
Я только и делаю, что смотрю в ноутбук, чтобы о нем не думать!
Ни о том, что узнала о них с Карлой, ни о его признании, ни о том, где он сейчас.
Потому что стоит остаться с собой наедине, и, боюсь, мне не справиться с мыслями, которые меня мучают!
Я так и засыпаю за столом на кухне, уронив голову на руку, и только поздно ночью ухожу на несколько часов поспать в детскую к Марии. Проснувшись утром, собираю ее в школу, уже зная, что у меня есть всего несколько дней и нужно начинать действовать.
Интуиция не успокоилась, тревога все так же зудит в груди, и я намереваюсь съездить в Милан, чтобы закрыть счет в банке, снять наличными наши смешные сбережения, и невзначай упомянуть банковскому служащему, что собираюсь поехать на всю зиму в Будапешт. Затем зайти в торговый центр и купить новые вещи, в которых нас с Мари ещё не видели. А на обратном пути сделать крюк и заехать в пригород Брешуа, в часе езды от Бергамо, чтобы посмотреть мотель и частные апартаменты, которые приметила на сайте бронирования.
Из детективных историй и собственного опыта я знала, что не стоит пускаться в дальний побег, не отсидевшись в тихом месте пару недель и не измотав преследователя ложными поисками. Я могла бояться, могла ошибаться, но только не допустить ошибки больше той, которую уже допустила.
Я не имела права терять бдительность. И не должна была впускать Ангела в нашу жизнь.