Уже через несколько часов они пересекли границу земель МакАраков и Рэф объявил остановку. Маленькому отряду храбрецов необходим был сон, а это было последнее относительно безопасное место, дальше начинались земли МакГейри, а потом Броукинов и никто не знал, что готовит им это путешествие. Устраиваясь спать, Натали молилась как никогда, но она никогда раньше и не пыталась прекращать войну и освобождать пленников. Да, такого раньше не было, и все же девушка надеялась, как только любящая женщина может надеяться, и страстно желала увидеть своего мужа живым и здоровым. Засыпая она думала, как же хороша была их последняя ночь, как хороша была каждая их ночь, не важно, были ли эти ночи полны страсти и огня или они просто засыпали в объятиях друг друга, главным было то, что они вместе. Как долго они шли к осознанию этого, а может быть просто ни один из них не хотел в этом признаваться, опасаясь безответности чувств? Как глупо и мелочно это было, теперь она это поняла. С этой мыслью Натали и уснула, жаль было только, что уже через несколько часов ее разбудили, и толком не позавтракав, она взгромоздилась на Пегаса, и отправилась в путь. Рэф был категорически против, как он выразился, этого дьявола с копытами, но ее мальчик вел себя идеально. Он как будто чувствовал всю напряженность ситуации и в отличие от других лошадей никак не выражал своего волнения, казалось, он, как и его хозяйка, ничего не видит перед собой, кроме конечной цели и все свои силы потратит только на ее достижение. Поэтому, когда он пронзительно заржал и остановился, все сразу обернулись к нему, заметив, что Натали пытается совладать с собой.
– Кажется, я задремала, – она ласково похлопала коня по загривку, – спасибо, что разбудил.
– Только не надо говорить, что эта бестия ржала, с целью сохранить тебя от падения из седла, – съязвил Рэф.
– Как знать, может у него просто свои планы на этот поход, – ответила девушка.
Рэф не понял, что она хотела этим сказать, но не стал выяснять и они просто продолжили путешествие. Продвигались они медленно, пользовались только небольшими тропами вместо людных дорог, боясь встретить как союзников, так и противников. Когда солнце уже высоко взошло, они снова сделали привал и Натали действительно почти свалилась с седла. Рой снял ее с Пегаса и усадил на шкуру, специально разложенную для нее.
– Спасибо Рой, я действительно обуза, – сказала она, глядя как Давина спрыгивает с лошади и как ни в чем не бывало достает припасы.
– Не пытайтесь угнаться за ней, она росла на лошади. Не каталась, а именно росла. Если она хотела играть вместе с братьями, ей нужно было успевать за ними, – усмехнулся он.
– Тебе нужно покушать, – сказала та и протянула Натали большой ломоть хлеба с толстым куском сыра сверху, – я не хочу, чтобы мой племянник остался голодным.
– С такой тетей, ему это не грозит, – улыбнулась девушка.
– Думаю, мы останемся здесь немного дольше, чем планировали, – сказал Рэф, – место тут тихое, а дальше двинемся, когда спустятся сумерки, так что лучше поспите, ночь будет трудная и длинная.
Натали не нужно было просить дважды, единственное, о чем она мечтала – это сон, но ко сну было бы неплохо добавить еще и немного тепла, а Рэф запретил разводить костер, так что согреться было нечем. Будто прочтя ее мысли, рядом села Давина.
– Ты никогда не спала так, – утвердительно сказала она, – я научу тебя, встань, а то замерзнешь. – Давина перестелила шкуру, положила на нее плед, и сделала из других шкур подобие шалаша, потом почти запихнула туда девушку, залезла сама и укрыла их пледом, а сверху опять положила шкуру.
– Так будет теплее, мы будем греть друг друга. Радуйся, что я не предложила тебе спать с твоим конем, он тоже теплый. – Усмехнулась она.
– Я готова на все, чтобы спасти их, и Пегас не такая плохая компания для сна, – Натали зевнула во весь рот и уснула, теперь ей было тепло и уютно.
Проснувшись чуть раньше сумерек, они поели, собрали вещи и оседлали коней. Все были предельно внимательны, и это спасло им жизнь, нападение не произошло внезапно. Небольшую полянку в чаще леса, которую путники выбрали для отдыха, приметил для спасения и небольшой олень, явно преследуемый охотниками. Скрываться было поздно и оставалось только одно – мужчины обнажили мечи, а женщины стали молиться. Все они надеялись, что на поляну выйдут люди МакГейри, которые просто пытаются найти пропитание себе и остальным воинам, но вскоре эта надежда оставила их. На полянку въехала небольшая группа воинов, численностью в шесть человек, с цветами клана Броукинов, увидев обнаживших мечи МакАроков, они сперва удивились, а потом бросились в бой.
