- Я не думаю, я в этом уверен. Только вы, единственный, способны вернуть монсеньора из внешних миров, и это хорошо известно не только нам. За вами теперь будет охотиться каждая собака в Монсе и его окрестностях.
Я нахмурился: перспектива была малоутешительная.
Между тем всадники приблизились и перегородили нам дорогу.
- Куда направляетесь, красавицы? – молодой человек лет 25-ти, ехавший во главе отряда, безбородый, чернявый и наглый, не обращая ни малейшего внимания на нас с капитаном, наклонился из седла к нашим женщинам. Видно было, что пышные формы Мадлен произвели на него впечатление.
Мадлен, вмиг придав своей очаровательной мордашке застенчиво-глупое выражение, так характерное для деревенских девушек, опустила глаза и смущенно захихикала.
- В соседнюю деревню, многоуважаемый сеньор рыцарь. Мой муж (она нежно прижалась к широкому плечу капитана – тот от неожиданности вздрогнул так, что едва не выронил спрятанный под плащом меч) получил заказ обставить дом тамошнего сеньора. Он у меня замечательный столяр – таких даже в самом Монсе раз-два и обчелся!.. Я и моя сестра (она ткнула пальцем в Зингареллу) ему помогаем. А это – его подмастерье (она кивнула на мою насупленную физиономию), он немного слабоумный и к тому же глухонемой.
- Вот как? – удивился рыцарь? – А на вид у него вполне смышленая рожа.
Честное слово, от такой характеристики у меня на мгновение и вправду пропал дар речи! Ну, Мадлен, ну, ведьма, пусть только отъедут эти чертовы крестоносцы, я ей покажу слабоумного!..
- А это что за длиннополый? – рыцарь подозрительно покосился на стоящего позади нас Домиана.
Тот, мигом выйдя вперед, смиренно сложил на груди руки:
- Я – монах Феофил из обители Св. Варфоломея, собираю пожертвования и проповедую слово божие.
- Так-так-так, - взгляд рыцаря снова остановился на Мадлен. - Прошу прощения, милые дамы, но нам придется вас обыскать – и вас, и ваших мужчин.
- Как, и меня тоже? – искренне возмутился Домиан. – Да ведь это грех, братья мои, нечистыми руками касаться избранника божьего!..
Рыцарь презрительно фыркнул, остальные радостно загоготали.
- Ничего не могу поделать, - жестом угомонив своих подопечных, сказал начальник отряда. – Мы ищем важного государственного преступника и обязаны проверять всех подозрительных лиц в окрестностях Монса.
«Должно быть, речь идет обо мне, - понял я. – Что ж, если они увидят у нас с д*Обиньи мечи, они сразу все поймут. Может быть, все-таки лучше напасть первыми?..»
- Ах, дорогие сеньоры рыцари! – неожиданно подала голос Зингарелла.
Очаровательно улыбаясь, от чего ее смуглая мордашка удивительно стал похожа на кошачью, она протиснулась вперед со своей корзиной.
- Ну, какие же мы подозрительные личности? Мы – обычные сельские труженики, бедные, но честные. Не желаете ли попробовать фруктов из нашего сада?.. Уверяю вас и клянусь: лучше наших яблок нет во всем Монсе. Вы только понюхайте, какой аромат!..
Она вынула из корзины самое большое, самое румяное яблоко и, на мгновение, поднеся его к своим губам, будто желая передать рыцарю вместе с ним игривое и ласковое касание своих губ, протянула яблоко молодому человеку.
Рыцарь послушно взял яблоко из рук цыганки и жадно втянул носом воздух – неожиданно его темные зрачки расширились и сделались прозрачными и светлыми, почти белыми.
- Аромат и вправду чудесный, - сказал он, глядя куда-то на реку, будто выискивая видимую лишь ему одному волшебную ладью с красавицей-принцессой на борту. – Как в раю. Честь имею кланяться, мадам! – он почтительно прижал к груди левую руку. – Простите за глупую заминку. Служба, понимаете ли. И, пожалуйста, не говорите вашему супругу, маркизу, об этом досадном недоразумении.
- Конечно, конечно, господа. Я все понимаю – служба, - кокетливо сложила губки бантиком Зингарелла. – Я так понимаю, мы свободны?
- Свободны?.. Ну, конечно, ну, разумеется, все свободны. Счастливого пути, досточтимые сеньоры!
Он повернулся к своим ошалевшим от изумления, буквально обалдевшим рыцарям и негромко скомандовал:
- Вперед, господа! Все внимание на дорогу.
Отряд, как вихрь, пронесся мимо.
- Что ты ему внушила, Зингарелла? – с любопытством улыбнулся Домиан.
Цыганка невозмутимо пожала худенькими плечиками.
- Что я – мадам маркиза Алоизия де Монтре, жена известного в этих краях маркиза де Монтре. Это даже не магия, скорее гипноз, а потому засечь такое энергетическое поле практически невозможно. Подобные вмешательства в человеческую психику происходят довольно часто.
- Умница, девочка, хорошо придумала, - сказал молодой маг. – А я, признаться, в первую минуту слегка растерялся.
- Тоже мне, подвиг! – фыркнула Мадлен. – Это умеет любой, даже начинающий маг.
Зингарелла сделала вид, что не заметила колкостей своей товарки.
Мы, все пятеро, перевели дух и отправились дальше, стараясь держаться ближе к лесу.
