Кстати, о «Дорчестере». Вообще-то стены этого отеля чаще закрыты для глаз широкой публики. Тут происходят встречи, при которых не нужны свидетели, но и тайные свидания, когда пуще всего боятся прессы. Но время от времени именно надёжный «Дорчестер» становился местом скандалов. Не так давно тайная пассия высшего чина британской армии – начальника генштаба, маршала авиации – продала их любовную историю журналистам. Продала сама, безо всякого давления прессы. Когда лондонские ведущие газеты вышли с фотографией сэра Питера и Бенвениды (так назвалась девица), целующихся после обеда в одном из ресторанов «Дорчестера», маршал на следующий день подал в отставку. В его письме были слова: «В сложившихся обстоятельствах я не считаю возможным продолжать службу». Обстоятельства в самом деле оказались катастрофическими для него, отца четырёх детей и одного из учредителей «Морального кодекса британской армии», где особо говорится о прелюбодеянии как унижающем честь британского воина… Опрос же общественного мнения показал: репутация маршала ничуть не пострадала, ибо публика полагала, что маршал пал жертвой коварной женщины. И в результате его рейтинг… подскочил вверх аж на 20 пунктов. В то же время десятиминутное интервью телепрограммы «Доброе утро» с Бенвенидой, наоборот, до предела понизило её рейтинг. Но ведь с публикой можно и поспорить. Скажем, сэра Питера, нарушившего кодекс военнослужащего, публично не терзали. Бенвенида же принуждена была отвечать на такие вопросы, которые и задавать неудобно: например, почему она спала сразу с двумя мужчинами, почему продала историю с маршалом газетчикам и т. п. Она отвечала, что это был чрезвычайно запутанный период жизни всех троих: что бывший её супруг – алкоголик и грозил поломать ей жизнь, так как к нему попали письма сэра Питера ей, и он грозил передать их журналистам. Тут Бенвенида резонно решила: если этому суждено случиться, так лучше сделать это самой и заработать 200 тысяч фунтов (что и произошло). Может быть, ответы её были убедительны. Но публика отвернулась от Бенвениды, сказавшей правду.
При всякой избитости темы весьма соблазнительно начать разговор о мостах в Лондоне с политики, особенно если речь заходит об отношениях Лондона и Вашингтона. Мост, наведённый между этими двумя столицами, казался весьма прочным. Но первую трещину он дал, когда правительство консерваторов во главе с Джоном Мейджором в ходе президентских выборов в США в 1992-м поддержало не Клинтона, а Буша. В последнее же время, казалось, трещина расширилась из-за приезда в США лидера ирландских экстремистов Джерри Адамса, которому был разрешён сбор средств, хотя оружие они не сложили. Мейджор в ответ отказался выходить на связь с Клинтоном. Тот в течение недели не мог поговорить с британским премьером. Когда же наконец разговор состоялся, Клинтон объявил, что в Лондон на празднование Дня Победы не поедет… Но дальше эта трещина уже не разрасталась. Англосаксы всё же говорят на общем языке. Во время недавнего визита в Вашингтон английского премьер-министра были обсуждены все разногласия и, как полагают политические наблюдатели, трещину в отношениях залатали. Так ли это, покажет время.
Несколько хуже обстояло дело не в переносном, а в прямом смысле – на Вестминстерском мосту, который находится в самом центре Лондона, напротив Биг Бэна. По очень старому мосту ежедневно проезжало 42 тысячи автомобилей. Но ремонт его непозволительно затянулся. За последние девять месяцев была сделана лишь половина запланированных работ, и стоила она налогоплательщикам 9,5 миллиона фунтов. Общественность возмутилась. Строительная фирма «Мурфи» поначалу взялась выполнить работы за 104 недели. В соглашении, заключённом между «Мурфи» и Вестминстерским муниципальным советом, было обговорено, что за каждую просроченную неделю фирма уплатит штраф 12 тысяч фунтов. Руководитель группы ремонтников сообщил, однако, что из-за обнаруженных на мосту скрытых дефектов работы продлятся до конца 1996 года. Старый мост через реку Темзу оказался в худшем состоянии, чем фирма ожидала. И поскольку это не её вина, то никаких неустоек «Мурфи» платить не собирается…
Мосты через Темзу связывают разные районы Лондона. Транспортные заторы на них не могут не вызывать раздражения лондонцев, хотя в центре города мосты расположены недалеко друг от друга и их много, но жизнь мостов порой не сообразуется с нуждами автомобилистов. Например, чтобы пропустить корабль, мост у Тауэрского замка могут развести посреди дня (а не как, скажем, в Петербурге – ночью). Автомобилистов эти операции, естественно, восхищают в значительно меньше степени, чем туристов.
