| "Oh, heavens, that would be too silly!" said Anna, and again a deep flush of pleasure came out on her face, when she heard the idea, that absorbed her, put into words. "And so here I am going away, having made an enemy of Kitty, whom I liked so much! | -- Ах, боже мой, это было бы так глупо!-- сказала Анна, и опять густая краска удовольствия выступила на ее лице, когда она услыхала занимавшую ее мысль, выговоренную словами. -Так вот, я и уезжаю, сделав себе врага в Кити, которую я так полюбила. |
| Ah, how sweet she is! | Ах, какая она милая! |
| But you'll make it right, Dolly? | Но ты поправишь это, Долли? |
| Eh?" | Да? |
| Dolly could scarcely suppress a smile. | Долли едва могла удерживать улыбку. |
| She loved Anna, but she enjoyed seeing that she too had her weaknesses. | Она любила Анну, но ей приятно было видеть, что и у ней есть слабости. |
| "An enemy? | -- Врага? |
| That can't be." | Это не может быть. |
| "I did so want you all to care for me, as I do for you, and now I care for you more than ever," said Anna, with tears in her eyes. "Ah, how silly I am today!" | -- Я так бы желала, чтобы вы все меня любили, как я вас люблю; а теперь я еще больше полюбила вас, -- сказала она со слезами на глазах. -- Ах, как я нынче глупа! |
| She passed her handkerchief over her face and began dressing. | Она провела платком по лицу и стала одеваться. |
| At the very moment of starting Stepan Arkadyevitch arrived, late, rosy and good-humored, smelling of wine and cigars. | Уже пред самым отъездом приехал опоздавший Степан Аркадьич, с красным, веселым лицом и запахом вина и сигары. |
| Anna's emotionalism infected Dolly, and when she embraced her sister-in-law for the last time, she whispered: | Чувствительность Анны сообщилась и Долли, и, когда она в последний раз обняла золовку, она прошептала: |
| "Remember, Anna, what you've done for me--I shall never forget. | -- Помни, Анна: что ты для меня сделала, я ни когда не забуду. |
| And remember that I love you, and shall always love you as my dearest friend!" | И помни, что я любила и всегда буду любить тебя, как лучшего друга! |
| "I don't know why," said Anna, kissing her and hiding her tears. | -- Я не понимаю, за что, -- проговорила Анна, целуя ее и скрывая слезы. |
| "You understood me, and you understand. | -- Ты меня поняла и понимаешь. |
| Good-bye, my darling!" | Прощай, моя прелесть! |
| Chapter 29. | XXIX. |
| "Come, it's all over, and thank God!" was the first thought that came to Anna Arkadyevna, when she had said good-bye for the last time to her brother, who had stood blocking up the entrance to the carriage till the third bell rang. | "Ну, все кончено, и слава богу!" -- была первая мысль, пришедшая Анне Аркадьевне, когда она простилась в последний раз с братом, который до третьего звонка загораживал собою дорогу в вагоне. |
| She sat down on her lounge beside Annushka, and looked about her in the twilight of the sleeping-carriage. | Она села на свой диванчик, рядом с Аннушкой, и огляделась в полусвете спального вагона. |
