| I hope that now you will leave him. | Я надеюсь, что теперь ты оставишь его. |
| I hope"-- he was confused, and reddened--"that you will let me arrange and plan our life. Tomorrow..." he was beginning. | Я надеюсь, -- он смутился и покраснел, что ты позволишь мне устроить и обдумать нашу жизнь Завтра... -- начал было он. |
| She did not let him go on. | Она не дала договорить ему. |
| "But my child!" she shrieked. "You see what he writes! I should have to leave him, and I can't and won't do that." | -- А сын? -- вскрикнула она. -- Ты видишь, что он пишет? -- надо оставить его, а я не могу и не хочу сделать это. |
| "But, for God's sake, which is better?--leave your child, or keep up this degrading position?" | -- Но ради бога, что же лучше? Оставить сына или продолжать это унизительное положение? |
| "To whom is it degrading?" | -- Для кого унизительное положение? |
| "To all, and most of all to you." | -- Для всех и больше всего для тебя. |
| "You say degrading...don't say that. | -- Ты говоришь унизительное... не говори этого. |
| Those words have no meaning for me," she said in a shaking voice. | Эти слова не имеют для меня смысла, -- сказала она дрожащим голосом. |
| She did not want him now to say what was untrue. | Ей не хотелось теперь, чтобы он говорил неправду. |
| She had nothing left her but his love, and she wanted to love him. "Don't you understand that from the day I loved you everything has changed for me? | Ей оставалась одна его любовь, и она хотела любить его. -- Ты пойми, что для меня с того дня, как полюбила тебя, все, все переменилось. |
| For me there is one thing, and one thing only--your love. | Для меня одно и одно -- это твоя любовь. |
| If that's mine, I feel so exalted, so strong, that nothing can be humiliating to me. | Если она моя, то я чувствую себя так высоко, так твердо, что ничто не может для меня быть унизительным. |
| I am proud of my position, because...proud of being... proud...." She could not say what she was proud of. | Я горда своим положением, потому что... горда тем... горда... -- Она не договорила, чем он была горда. |
| Tears of shame and despair choked her utterance. She stood still and sobbed. | Слезы стыда и отчаяния задушили ее голос Ома остановилась и зарыдала. |
| He felt, too, something swelling in his throat and twitching in his nose, and for the first time in his life he felt on the point of weeping. | Он почувствовал тоже, что что-то поднимается к его горлу, щиплет ему в носу, и он первый раз в жизни почувствовал себя готовым заплакать. |
| He could not have said exactly what it was touched him so. He felt sorry for her, and he felt he could not help her, and with that he knew that he was to blame for her wretchedness, and that he had done something wrong. | Он не мог бы сказать, что именно так тронуло его; ему было жалко ее, он чувствовал, что не может помочь ей, и вместе с тем знал, что он виною ее несчастья, что он сделал что-то нехорошее. |
| "Is not a divorce possible?" he said feebly. | -- Разве невозможен развод? -- сказал он слабо. |
| She shook her head, not answering. "Couldn't you take your son, and still leave him?" | Она, не отвечая, покачала головой. -- Разве нельзя взять сына и все-таки оставить его? |
| "Yes; but it all depends on him. | -- Да; но это все от него зависит. |
| Now I must go to him," she said shortly. | Теперь я должна ехать к нему, -- сказала она сухо. |
