| Some members, with Stremov at their head, justified their mistake on the ground that they had put faith in the commission of revision, instituted by Alexey Alexandrovitch, and maintained that the report of the commission was rubbish, and simply so much waste paper. | Одни члены со Стремовым во главе оправдывали свою ошибку тем, что они поверили ревизионной, руководимой Алексеем Александровичем комиссии, представившей донесение, и говорили, что донесение этой комиссии есть вздор и только исписанная бумага. |
| Alexey Alexandrovitch, with a following of those who saw the danger of so revolutionary an attitude to official documents, persisted in upholding the statements obtained by the revising commission. | Алексей Александрович с партией людей, видевших опасность такого революционного отношения к бумагам, продолжал поддерживать данные, выработанные ревизионною комиссией. |
| In consequence of this, in the higher spheres, and even in society, all was chaos, and although everyone was interested, no one could tell whether the native tribes really were becoming impoverished and ruined, or whether they were in a flourishing condition. | Вследствие этого в высших сферах и даже в обществе все спуталось, и, несмотря на то, что всех это крайне интересовало, никто не мог понять, действительно ли бедствуют и погибают инородцы, или процветают. |
| The position of Alexey Alexandrovitch, owing to this, and partly owing to the contempt lavished on him for his wife's infidelity, became very precarious. | Положение Алексея Александровича вследствие этого и отчасти вследствие павшего на него презрения за неверность его жены стало весьма шатко. |
| And in this position he took an important resolution. | И в этом положении Алексей Александрович принял важное решение. |
| To the astonishment of the commission, he announced that he should ask permission to go himself to investigate the question on the spot. | Он, к удивлению комиссии, объявил,что он будет просить разрешения самому ехать на место для исследования дела. |
| And having obtained permission, Alexey Alexandrovitch prepared to set off to these remote provinces. | И, испросив разрешение, Алексей Александрович отправился в дальние губернии. |
| Alexey Alexandrovitch's departure made a great sensation, the more so as just before he started he officially returned the posting-fares allowed him for twelve horses, to drive to his destination. | Отъезд Алексея Александровича наделал много шума, тем более что он при самом отъезде официально возвратил при бумаге прогонные деньги, выданные ему на двенадцать лошадей для проезда до места назначения. |
| "I think it very noble," Betsy said about this to the Princess Myakaya. "Why take money for posting-horses when everyone knows that there are railways everywhere now?" | -- Я нахожу, что это очень благородно, -- говорила про это Бетси с княгиней Мягкою. -- Зачем выдавать на почтовых лошадей, когда все знают, что везде теперь железные дороги? |
| But Princess Myakaya did not agree, and the Princess Tverskaya's opinion annoyed her indeed. | Но княгиня Мягкая была несогласна, и мнение княгини Тверской даже раздражило ее. |
| "It's all very well for you to talk," said she, "when you have I don't know how many millions; but I am very glad when my husband goes on a revising tour in the summer. | -- Вам хорошо говорить, -- сказала она, -- когда у вас миллионы я не знаю какие, а я очень люблю, когда муж ездит ревизовать летом. |
| It's very good for him and pleasant traveling about, and it's a settled arrangement for me to keep a carriage and coachman on the money." | Ему очень здорово и приятно проехаться, а у меня уж так заведено, что на эти деньги у меня экипаж и извозчик содержатся. |
| On his way to the remote provinces Alexey Alexandrovitch stopped for three days at Moscow. | Проездом в дальние губернии Алексей Александрович остановился на три дня в Москве. |
