| "Oh, please, don't trouble about me," answered Anna, looking intently into Dolly's face, trying to make out whether there had been a reconciliation or not. | -- Ах, уж, пожалуйста, обо мне не заботьтесь, -отвечала Анна, вглядываясь в лицо Долли и стараясь понять, было или не было примирения. |
| "It will be lighter for you here," answered her sister-in-law. | -- Тебе светло будет здесь, -- отвечала невестка. |
| "I assure you that I sleep everywhere, and always like a marmot." | -- Я тебе говорю, что я сплю везде и всегда, как сурок. |
| "What's the question?" inquired Stepan Arkadyevitch, coming out of his room and addressing his wife. | -- О чем это? -- спросил Степан Аркадьич, выходя из кабинета и обращаясь к жене. |
| From his tone both Kitty and Anna knew that a reconciliation had taken place. | По тону его и Кити и Анна сейчас поняли, что примирение состоялось. |
| "I want to move Anna downstairs, but we must hang up blinds. | -- Я Анну хочу перевести вниз, но надо гардины перевесить. |
| No one knows how to do it; I must see to it myself," answered Dolly addressing him. | Никто не сумеет сделать, надо самой, -- отвечала Долли, обращаясь к нему. |
| "God knows whether they are fully reconciled," thought Anna, hearing her tone, cold and composed. | "Бог знает, вполне ли помирились?" -- подумала Анна, услышав ее тон, холодный и спокойный. |
| "Oh, nonsense, Dolly, always making difficulties," answered her husband. "Come, I'll do it all, if you like..." | -- Ах, полно, Долли, все делать трудности, -сказал муж. -- Ну, хочешь, я все сделаю... |
| "Yes, they must be reconciled," thought Anna. | "Да, должно быть помирились", -- подумала Анна., |
| "I know how you do everything," answered Dolly. "You tell Matvey to do what can't be done, and go away yourself, leaving him to make a muddle of everything," and her habitual, mocking smile curved the corners of Dolly's lips as she spoke. | -- Знаю, как ты все сделаешь, -- отвечала Долли, -скажешь Матвею сделать то, чего нельзя сделать, а сам уедешь, а он все перепутает, -- и привычная насмешливая улыбка морщила концы губ Долли, когда она говорила это. |
| "Full, full reconciliation, full," thought Anna; "thank God!" and rejoicing that she was the cause of it, she went up to Dolly and kissed her. | "Полное, полное примиренье, полное, -- подумала Анна, -- слава богу!" -- и, радуясь тому, что она была причиной этого, она подошла к Долли и поцеловала ее. |
| "Not at all. Why do you always look down on me and Matvey?" said Stepan Arkadyevitch, smiling hardly perceptibly, and addressing his wife. | -- Совсем нет, отчего ты так презираешь нас с Матвеем? -- сказал Степан Аркадьич, улыбаясь чуть заметно и обращаясь к жене. |
| The whole evening Dolly was, as always, a little mocking in her tone to her husband, while Stepan Arkadyevitch was happy and cheerful, but not so as to seem as though, having been forgiven, he had forgotten his offense. | Весь вечер, как всегда, Долли была слегка насмешлива по отношению к мужу, а Степан Аркадьич доволен и весел, но настолько, чтобы не показать, что он, будучи прощен, забыл свою вину. |
| At half-past nine o'clock a particularly joyful and pleasant family conversation over the tea-table at the Oblonskys' was broken up by an apparently simple incident. But this simple incident for some reason struck everyone as strange. | В половине десятого особенно радостная и приятная вечерняя семейная беседа за чайным столом у Облонских была нарушена самым, по-видимому, простым событием, но это простое событие почему-то всем показалось странным. |
| Talking about common acquaintances in Petersburg, Anna got up quickly. | Разговорившись об общих петербургских знакомых, Анна быстро встала. |
