Затем началось расселение по комнатам. Государь подошел к ней и сказал:
— Тебе я покажу твои покои лично, идем.
Они поднялись на второй этаж и вошли в богато, но строго убранное помещение. В его украшении господствовал военный стиль, камин весь был украшен изображением знамен.
— Это моя спальня. А теперь смотри.
Павел провел ее в угол комнаты и открыл неприметную дверь. Показалась узкая лестница, устланная ковром, она вела вниз. Держа в руке свечу, он спустился первый, Анна за ним. Они оказались в маленькой уютной комнате с видом на Мойку и на Летний сад.
— Это твоя комната, за ней коридор, и далее комнаты слуг. Я намерен каждый вечер спускаться сюда и проводить последние часы перед сном в твоем обществе. Ведь ты не откажешься принять своего государя?
— Нет, не откажусь, — сказала Анна, отвечая на его страстный поцелуй. — И я надеюсь, что этих визитов будет много, много.
— Да, и я надеюсь на то же. Я хочу, я страстно желаю, чтобы ты родила мне сына. Я заранее готов любить его…
— Но ведь ты не захочешь лишить трона твоего сына Александра, законного наследника? — встревоженно спросила она. — Я не хочу казаться интриганкой, которая угрожает законной династии и вносит смуту. Мне не надо быть матерью нового императора, мне довольно быть любящей и любимой!
— Нет, у меня вовсе нет таких планов! — заверил ее Павел. — Я знаю, что какие-то люди, мои ненавистники, распространяют подобную клевету. Но я люблю Александра и никогда не лишу его престола.
— Я рада, что это так, — облегченно вздохнула Анна. — И потом, я уже несколько месяцев делю с тобой ложе, но пока не зачала. У тебя десять детей, так что я понимаю, что дело во мне. Может, мне вообще не суждено иметь детей?
— Что ты?! — возмутился император. — Я уверен, что ты родишь! И готов принять в этом участие. Если хочешь, мы можем заняться этим прямо сейчас…
Но тут сверху послышались голоса, звавшие государя.
— Нет, сейчас неловко, — с сожалением проговорил он. — Мое присутствие сегодня требуется как никогда. Ведь вечером запланирован маскарад, и надо отдать все нужные распоряжения.
Вечером действительно состоялся великолепный бал-маскарад с фейерверком. Залы нового дворца сверкали огнями, на мостах горели факелы. Анна, вышедшая перед сном на один из мостов, была восхищена открывшимся зрелищем. А поздно вечером она услышала шаги на винтовой лестнице, и в комнату вошел Павел. Три часа он провел с ней, и эти часы были для нее самыми счастливыми.
На следующий день она много гуляла по замку, знакомясь с его запутанными переходами. Вначале ее провожатым был Обольянинов. Однако он не всегда мог указать правильную дорогу и не знал, какая дверь куда ведет.
— Этот замок специально так спроектирован, чтобы новый человек был в нем совершенно беспомощен, — объяснил секретарь императора. — Сам государь иногда ошибается и не знает, как пройти в нужную ему часть замка. А кто в совершенстве изучил все ходы и переходы — так это граф Кутайсов. Вот кто мог бы показать вам все устройство сего дворца. Кроме того, после обеда я все равно не смогу вас сопровождать — надо писать докладную записку о состоянии южных губерний. Вы обратитесь к графу — он охотно станет вашим проводником.
Анна ничего не ответила на это предложение, только поблагодарила за помощь. Про себя же подумала, что государев брадобрей стал бы последним человеком, к которому она решилась бы обратиться за помощью в любом деле. «Даже если бы моей жизни угрожала опасность, и то я не пошла бы к этому низкому человеку», — заключила она.
Так что, расставшись с Обольяниновым, Анна отправилась к себе и стала раздумывать над дальнейшим украшением своей комнаты. Это ее занятие прервала Глаша, которая доложила, что ее хочет видеть… граф Иван Кутайсов! Анна была крайне удивлена. Первым ее желанием было ответить так: «Скажи графу, что я не принимаю, и пусть никогда не входит сюда». Но что-то ее остановило, что-то помешало ей ответить подобным образом. И после секундного колебания она кивнула служанке:
— Хорошо, пусть войдет.
Граф тут же явился. Входя, он поклонился так низко, как только мог, и глядел виновато и заискивающе. «У него вид, словно у побитой собаки», — подумала Анна. Однако его виноватый вид нисколько не смягчил ее сердце. Не предлагая гостю сесть, она сухо спросила:
— Вы хотели меня видеть, граф. Какое же неотложное дело привело вас ко мне?
Самый близкий друг и брадобрей государя нисколько не обиделся на холодный прием. Почтительно приблизившись к Анне, он тихо произнес:
— Я пришел, чтобы поделиться с вами своими тревогами насчет будущности нашего государя. А также, если на то будет ваше желание, чтобы сопровождать вас в прогулке по сему замку.
— Тревога насчет будущего нашего императора, вы говорите? Но какая же тут может быть тревога? Разве вы не видели вчера всеобщего восторга при появлении государя? Разве гвардия не смотрела на него с любовью? И потом, разве стены этого замка не могут надежно защитить своего хозяина?
