Пусть я помогал Оболенским отнюдь не из корыстных побуждений, раз уж предлагают награду – нужно брать. Сам я терпеть не могу, когда люди начинают упорно отказываться от вознаграждения. Считаю, разок вежливо отказался – хватит. И если продолжили предлагать – бери. Невежливо заставлять человека уговаривать тебя принять дары.
А раз уж мне дали право выбора, то глупо брать что-то ненужное.
– И на что же именно вы нацелились? Уж не на одну ли из исследовательских лабораторий Оболенских? – вновь оживился учёный.
– На неё самую. С инженерами и поставками. От разработок тоже не откажусь, но это всё-таки слишком нагло. А у меня есть, кому свои исследования проводить, – я улыбнулся Архуну.
– И всё-таки, сразу от наработок не отказывайтесь, ваше высочество. Лишним уж точно не будет, – проговорил он, а затем тоже улыбнулся. – Хороший ход, ваше высочество. Вряд ли великая княгиня в самом деле будет считать, что вы можете нацелиться на кого-то из её дочерей, сомнения будут её терзать. Отчего она с радостью отдаст вам одну из лабораторий, когда убедится, что вам будет достаточно всего лишь такой «малости».
– Главное, чтобы она великого князя убедила, – хмыкнул Арвин. – Насколько я понимаю, исследования и наука – его страсть.
– Женщина, наделённая умом и властью, на многое способна, – изрёк Архун.
– Истинно так, – согласился с ним Арвин.
Старик вновь улыбнулся.
– Значит полноценные протезы не за горами. А затем, когда у нас появится тайгий…
– Ну хватит-хватит, – поспешил я унять размечтавшегося учёного. – Я подниму вопрос о награде только после того, как сам стану аристократом. И я уж точно не буду обдирать Оболенских раньше, чем они разберутся со своими тайными врагами.
– Считаете, что будут ещё нападения? – настороженно спросил Архун. – Организация даже одного покушения на столь высокопоставленных аристократов требует огромных затрат. А теперь это сделать будет ещё сложнее.
– Есть вариант, что враги залягут на дно после неудачи, – кивнул я. – Остаётся в это только верить. Но готовиться всё равно нужно к худшему.
Четыре секунды мы молчали, а затем Арвин тяжело вздохнул:
– Эх, как же раньше было лучше! Когда ты был сам собой, когда понимал, кому нужно бить морду…
– Ты повторяешься, – хмыкнул я.
– Я просто верен своим идеям, – парировал мой друг и резко встал с кресла. – Старик, был рад с тобой повидаться. Завтра ещё увидимся. А сейчас мне пора тренироваться. Ваше высочество, изволите составить компанию?
Я перевёл взгляд на Архуна. Тот усмехнулся:
– Идите, ваше высочество. Мне ещё обживаться в новом доме.
– Хорошо, – кивнул я. – Вечером загляну к вам. Ну, Арвин, готов получать тумаки?
– В моём ежедневнике нет такого пункта. Только раздача, – усмехнулся он.
В среду в лицей вернулась Яна, и все мы с жаром поздравили её с выздоровлением. Собственно, это и было самое выдающееся событие дня. Если не считать продолжающиеся сыпаться на меня вопросы: собираюсь ли я поступать на «Золотой Курс» и пойду ли я на день открытых дверей.
В остальном же среда, как и последовавший за ней четверг прошли в приятной рабочей рутине: ремонт второго клуба шёл полным ходом, «Путь чемпиона» набирал популярность, производства работают.
Красота.
А вот в пятницу случилось кое-что неожиданное. Вечером я и Вадим ехали из офиса, где обсуждали с нашим «министром финансов» предстоящие переговоры с очередным дворянским родом на рекламу их магазина на наших картах. Ехали не торопясь, предвкушая выходные… Которые у нас отчасти выглядят, как рабочие дни. Постояли в пробке, оказались на территории закрытого квартала, почти подъехали к моей усадьбе…
И увидели, что навстречу нам движется дорогая чёрная машина. Так-то дело привычное… Если бы эта машина не начала моргать дальним светом и через раз мигать левым поворотником.
– Припарковаться нам предлагает, – догадался Вадим.
– Ну давай припаркуемся, – ответил я.
Покров у нас обоих был активирован, так как защитный артефакт «Зональный хранитель» в данный момент находился у другого Наставника – Григория Лютнева, который позже повезёт братьев с тренировки домой.
Вадим остановил «РВМ» возле обочины метрах в трёхстах от ворот моей усадьбы. Другой автомобиль встал рядом, открылась задняя пассажирская дверь, и…
– Посиди в машине, – ровным тоном проговорил я.
– Понял, – сквозь зубы процедил Вадим.
Я вышел из машины, разглядывая улыбающегося щёголя: в чёрном плаще, без шапки, светлая шевелюра танцует на лёгком ветру.
Определенно, дамы на таких ведутся.
– Аскольд, это в самом деле вы? Рад что удал, – как ни в чём не бывало проговорил мужчина. – Георгий Чудинов. Мы познакомились с вами на Кремлёвском приёме по случаю вашей победы на всеимперском турнире.
Он протянул мне руку.
– Добрый вечер, Георгий Максимович, – я ответил на рукопожатие. – Да, я вас запомнил. Но удивлён, что вы узнали мой автомобиль. Разве вы его видели раньше?
