В марте 1919 г. Бергсон был избран командором ордена Почетного легиона (предыдущих степеней он был удостоен раньше). В послевоенный период он продолжил научную и практически-организационную деятельность. В ноябре 1919 г. он стал членом Высшего совета народного образования и выполнял эти функции до 1925 г.; в эти годы он много сделал для реформы системы образования во Франции[450]. В сентябре 1920 г. Бергсон открыл философский конгресс в Оксфорде[451], где выступил с докладом «Предвидение и новизна»; доклад лег в основу его работы «Возможное и действительное», вошедшей впоследствии в сборник «Мысль и движущееся».
В этот период нашли конкретную форму реализации проблемы, обсуждавшиеся Бергсоном в 1917 г. с президентом США В. Вильсоном. На Парижской конференции 1919 г., где 28 июня 1919 г. был подписан мирный договор с Германией, была создана та организация, на которую оба возлагали тогда надежды, – Лига наций. 10 сентября 1921 г. ассамблеей Лиги наций была учреждена – в качестве консультативного органа – Международная комиссия по интеллектуальному сотрудничеству, заложившая основу будущей ЮНЕСКО. В состав комиссии вошли представители разных стран, всего 12 человек, и в их числе – Бергсон, А. Эйнштейн, М. Склодовска-Кюри; в апреле 1922 г. Бергсон был избран первым ее президентом. К тому времени он был философом с мировой известностью, членом-корреспондентом Британской академии, ассоциированным членом Королевской академии Бельгии, иностранным членом Королевского общества в Эдинбурге и Национальной академии в Риме, Женевского Национального института и др. В трехтомнике «Сочинений и речей» Бергсона содержится ряд документов, посвященных работе комиссии; судя по стилю, они были составлены при его участии, если не им лично, и дают хорошее представление о его деятельности в этой новой для него сфере.
На состоявшемся 1–6 августа 1922 г. в Женеве первом заседании комиссии были определены ее неотложные задачи и план действий. Основной задачей комиссия сочла установление и расширение контактов между учеными различных стран. В итоговых документах заседания изложены ближайшие цели работы. Повсюду в Европе, говорится здесь, звучат голоса, предупреждающие об опасности, которая угрожает цивилизации, о том, что во многих странах заметны «симптомы упадка и, возможно, даже признаки регресса»[452]. Чтобы установить, в какой мере верны эти оценки, определить реальное состояние интеллектуальной деятельности в разных странах, понять, какой ущерб был нанесен в этом плане войной, решено было провести в академиях, университетах, научных обществах и пр. анкетирование, которое отразило бы их цели, форму организации, объем работы и бюджет и помогло бы сравнить их послевоенное состояние с предвоенным. Полученная анкета, как предполагалось, могла быть дополнена и анкетой об экономических условиях деятельности самих научных работников. Комиссия также признала целесообразным обратиться к правительствам разных стран, чтобы получить представление о регламентах и законах, руководящих там интеллектуальным трудом, о финансировании научных организаций. Как особая цель в рамках этой общей задачи рассматривалась помощь странам, чья интеллектуальная деятельность в результате войны оказалась под угрозой: многие старинные университеты были на грани закрытия, ряду академий и лабораторий грозило полное прекращение работы. В документах отмечено, в частности, что состояние дел в данной сфере в России «представляется почти безнадежным» (р. 507), но уже существуют организации, оказывающие ей помощь, а потому комиссия, ознакомившись с их деятельностью, должна направить свои усилия на иные страны, такие как Австрия, где интеллектуальная жизнь стала почти невозможной из-за экономического упадка, а также Польша и «страны, отчасти новые, которые простираются от Балтики до Черного и Эгейского морей» (ibid.). Необходимо, говорилось в документах комиссии, наметить общий план действий, которые помогли бы возродить и наладить научную работу в таких странах. «Редко бывает, чтобы великая цивилизация угасла внезапно; обычно она исчезает постепенно, вследствие неуклонного и более или менее быстрого затухания очагов культуры. Так случилось с древней цивилизацией Римской империи; то же произойдет и с нашей цивилизацией, если мы не будем бдительны» (р. 508).
