Я прибыл в королевский дворец только к концу следующего дня, пообещав Кристофу вернуться, как только удостоверюсь, что не нужен принцессе. С интригами де Лабрюйера и отношениями с генералом я, к стыду своему, совсем о ней забыл. Я подошел к ней после ужина.
- Ваше высочество, окажите мне честь прогулкой, - склонившись в поклоне, сказал я. Она улыбнулась.
- Вы нашли время для своей принцессы, Анри, это очень мило.
Я сделал вид, что смутился.
- Простите меня, мадам. Обещаю, больше этого не повторится.
Катерина погладила меня по руке.
- Я с удовольствием погуляю с вами, Анри. И не собираюсь мешать вашей личной жизни.
Тут я смутился по-настоящему. Моя личная жизнь была, как обычно, запутана.
- Скоро прибудут гости и батюшка, - сказала она. – Я так волнуюсь.
Мы устроились в беседке, я взял ее руки в свои.
- Вы будете самой красивой невестой на свете.
- Конечно, Анри. Знаете, Карл оказался совсем не таким, как мне представлялось.
- Да? – я не мог не заменить, как легко слетело с ее губ имя короля.
- Да. Я думала, что он злой, жестокий даже, а он… знаете, Анри, мне кажется, что мы поладим.
- Не сомневаюсь в этом, мадам.
- Как дела у вас? Я заметила, что генерал д’Эпине проявляет к вам внимание.
- Да, мадам.
- А что вы? - я не знал, насколько откровенным могу быть с ней, не знал, что ей известно о планах короля и де Лабрюйера. Да, можно было сказать, что отношения наши дружеские, но я ни на мгновение не забывал, что Катерина – наследная принцесса. И интересы страны для нее превыше даже собственного счастья.
- Я тоже проявляю к нему внимание.
- Бедные мои фрейлины, - со смехом всплеснула руками Катерина.
Я тоже улыбнулся.
- Я не держу вас возле себя, Анри. Вы вольны располагать собой, как вам угодно. Не пропадайте только совсем.
- Я хотел бы вернуться домой после вашего торжества, мадам.
Улыбка сошла с ее лица.
- Давайте не станем загадывать.
Мне оставалось только согласно кивнуть.
***
Дни проходили в любовном угаре, я несколько раз оставался у Кристофа, и мы любили друг друга ночь напролет. Мне было по-настоящему хорошо с ним, но темная, порожденная де Блуа сторона моей натуры скулила, неудовлетворенная. Она хотела не подставляться, а брать. Или чтобы брали ее, но теперь не нежно, а властно и жестко. Генерал же, уверенный, что взял мою невинность, был предельно корректен и нежен. И я таял от его ласк, заталкивал грязные желания подальше, убеждая себя, что счастье – оно такое, оно пахнет чистой страстью, а не грязной похотью и кровью. Иногда я в это верил.
Де Лабрюйера я видел лишь дважды. Он, казалось, избегал меня, и я не мог этому не радоваться, воспоминания о сне до сих пор отдавались тяжестью в паху. Спустя неделю после нашего столкновения мы случайно оказались в столовой вдвоем. Он сидел с каменным лицом, только чуть дрожащие руки выдавали волнение.
- Ее высочество сказала мне, что скоро прибудут гости, - начал я. Он кивнул. – А когда?
Он поднял взгляд от тарелки и посмотрел мне прямо в глаза.
- Через три дня, если ничто их не задержит.
- Чудесно, - я беззастенчиво рассматривал его, отмечая общую бледность, круги под глазами, дрожащие пальцы. – Что с вами? Плохо спите? – не сумев удержаться, спросил я. – Плетение паутины отнимает все силы?
- Много вы понимаете, - огрызнулся он и, швырнув на стол салфетку, выскочил из столовой. Я с недоумением посмотрел ему вслед.
Все-таки для придворного интригана у него был слишком сложный характер и взрывной темперамент.
***
А через четыре дня прибыли гости.
========== Глава 11 Стефан ==========
Будь верен тому, кто верен тебе.
(Тит Макций Плавт).
В честь прибывших был устроен прием. Бальный зал еще только наполнялся, а я уже озирался в поисках выхода. У двери на балкон стоял де Лабрюйер, и я не смог отказать себе в удовольствии смотреть на него. Благо, было на что. Высокий, стройный, почти худой, в черном камзоле… мне тут же вспомнился сон, и я представил на мгновение, как де Лабрюйер берет с подноса бокал, как идет ко мне…
Но нет, он даже не смотрел в мою сторону.
Наконец бал начался. Их величества выказывали дружественное расположение, стоявший по правую руку от Карла генерал не считал нужным демонстрировать радость, я знал, что брак с Катериной он не считает выгодным, полагая, что наше крохотное королевство можно было получить и так. Он был прав, конечно, и не будь он ранен тогда, неизвестно, в каком качестве мы бы здесь находились.
Его величество удостоил меня кивком, я поклонился. Кристоф проследил за ним взглядом, но лицо его не выражало ничего, словно он не знал меня вовсе. Глупо было обижаться из-за подобной мелочи, но, не привыкший к пренебрежению, я обиделся.
- Де Грамон, - я повернулся на голос. Рядом стоял Стефан, глаза его лучились радостью. – Думал, никогда больше не увижу тебя, дружище! – он обнял меня крепко, я обнял в ответ. - Как ты?
- Нормально, Стеф.
Он взял меня за локоть и отвел в сторону.
- Нам надо поговорить, Анри. Я кое-что узнал. Все очень серьезно.
По моей спине пробежал холодок.
