Вопрос застал девушку врасплох, и она, сконфузившись, быстро замолкла, тем насмешив Тому.
— Как вы думаете? Конечно нет! — за неё ответил парень. — Он бы не одобрил.
— Боюсь, это вам не сойдёт с рук…
— Всё нормально… — неубедительно заявила Аяка. — Операция пройдёт успешно и не будет повода меня упрекнуть. Победителей не судят!
— Это не так работает, — покачал указательным пальцем Тома, словно учитель, поймавший ученика за ошибкой.
— Уверенность в победе — хорошая мотивация для битвы, но не переходите в самоуверенность. Война жестока и беспощадна: даже в момент изначального преимущества можно проиграть. Мы мало знаем о враге, о его истинных возможностях и целях, поэтому соблюдайте осторожность.
— Спасибо за совет, — серьёзно отнеслась к его словам Аяка. — Буду начеку.
Всем стоило быть начеку, как заядлым солдатам сёгуната, так и авантюрным Игрокам, решившие помочь по своим причинам. Аяка вместе с Томой ещё до операции поговорила с некоторыми Игроками. Кто-то шёл ради денег и прочих материальных благ, некоторые вовсе твердили: «Хочу состоять в Трикомиссии!», причём одни аргументировали это военной службой в прежнем мире, а вторые ловили второй шанс, когда жизнь раньше никак не удавалась. Аяка реально интересовалась феноменом Игроков, аж составила многостраничный конспект по культуре России, Украины, Казахстана и прочих государств прежнего мира, расспрашивая попаданцев, будто любопытный ребёнок. Ценная информация открыла множество удивительных блюд, забавных традиций и праздников, что помогло Аяке задуматься о проведении уникального культурного фестиваля. «Игроки — удивительные люди, обновившие наши мировоззрения», — с трепетом сказала Аяка Томе однажды, засиживаясь в кабинете допоздна.
Но были Игроки, которые хотели сломить Ноксгвардию из желания искоренить зерно тоталитаризма. Такой точки зрения был некий Елисей. Он прожил в прошлом мире хорошую жизнь и умер в возрасте восьмидесяти четырёх лет, однако переместился в Тейват будучи двадцатилетним парнем. Аяка пока до конца не разобралась в этом, по какому правилу Игроки молодеют, попадая в иной мир, поэтому более удивительным были слова Елисея о очень ужасном опыте его мира по поводу диктаторских режимов, тоталитарных государств и актов чистой злобы и жестокости. Он видел в Ноксгвардии задатки нацизма, хотя объяснить лаконично он не мог, больше ссылаясь на какую-то глубокую внутреннюю боль. «Мой отец вернулся с кровопролитной войны»́ — рассказывал он, — «дык он до самой смерти оклематься от ужаса, который происходил там, не смог. Не любил рассказывать о пережитом, но в редкие моменты просачивалась жестокая правда о той войне. Я вам скажу: мне потом неделями снились кошмары». То, что он рассказал более подробно о Второй мировой войне, не на шутку испугало Аяку. Неужели в самом деле Ноксгвардия стремится к подобной жестокости? Или это человеческая предвзятость?
Тем не менее, разного мнения Игроки собрались для десантирования на Цуруми. Большинство из них залезли в волноходы, по сути, превратившись в первую волну атаки, на чьих плечах будет ответственность обеспечения необходимых условий для высадки основных сил. По задумке десантные корабли буквально врежутся в берег и откроют носовые дверцы, так что в этот момент оборона острова должна быть уже занята Игроками. Аяка наконец увидела очертания Цуруми, и командование приказало десанту приготовиться и занять позиции. Палубы перед выходом забиты, орудия на хвосте и на надстройке корабля готовы, а значит наступила пора битвы. Отбросив всяческие волнения, Аяка посмотрела на Тому. Если он рядом, значит переживать не о чем. Победа будет за ними.
Вражеский горн распространил предупредительный вой по всему острову. Неудивительно, что враги заметили, но довольно-таки поздно, дабы планомерно подготовиться к обороне. К этому моменту к берегу подплыли волноходы, из которых роем птиц на планерах полетели Игроки. Группа кораблей с Аякой приближались к отмели Вакукау к переходу между основным островом и южным береговым языком. Сара и её солдаты по идее уже десантировались на Святилище Тирай, пока третий флот огибал северную часть острова для высадки на равнину к западу. Атака с трёх сторон должна разбросать вражеские войска, попутно пропуская отряд диверсантов-Игроков, телепортировавшие к статуи Электро Архонта на востоке. Аяка не знала всего плана и должна была исполнять волю приставленного генерала. Джуничи Ёсида — именитый генерал, обученный строго по школе стратегии Инадзумы. Пускай он был в возрасте, зато своим справедливым располагающим к себе характером мог грамотно руководить большим количеством солдат. Как сейчас, погнав первую партию десанта наружу, когда корабль врезался в берег и спустил передние мостики.
