Около часа я расхаживал по своей квартире, прислушиваясь ко всем звукам в надежде услышать, что Кэрис вернулась домой. Когда я услышал, как открывается ее входная дверь, и до меня донесся приглушенный звук разговора, я понял, что Кэрис вернулась.
У меня повысился пульс, пока я размышлял, пойти или не пойти к ней. Я не думал, что она пришлет мне сообщение, узнав, что я заходил к ней. Может быть, лучше подождать до утра?
В одном я был уверен: я ни за что не усну в эту ночь.
Кэрис так и не позвонила и не написала мне. С чего бы ей это делать? Но я уже был готов получить от нее вопрос: «Какого черта ты вернулся?»
С трудом встав с кровати, я оделся и пошел на кухню за кофе. Глядя, как кофе капает из кофемашины в чашку, я чувствовал, что мой желудок сводит от волнения. Сердце бешено стучало при мысли о встрече с Кэрис. Я не знал, с чего начать, и вообще, захочет ли она выслушать меня?
Я сидел за столом и прихлебывал кофе, прокручивая в голове все возможные сценарии и зная при этом, что ни один из них никуда не годится. Выпив две полные чашки – достаточно, чтобы меня начало трясти от возбуждения, – я заставил себя встать.
Когда я подошел к ее двери, адреналин в моей крови зашкаливал.
Я неуверенно постучал, тише, чем обычно, потому что испытывал стыд за то, что причинил боль Кэрис. Что уехал от нее.
Когда она открыла дверь, по непроницаемому выражению ее лица я понял, что она ожидала меня.
Несмотря на волнение, мое тело ожило впервые за долгое время, потому что,
Очень долго мы стояли молча, глядя друг на друга, пока я наконец не собрался с духом и не сказал:
– Привет.
– Привет, – прошептала Кэрис.
Я откашлялся:
– Можно я войду?
Она кивнула и посторонилась, давая мне пройти.
И мы снова уставились друг на друга, теперь уже в другом месте.
– Ты прекрасно выглядишь.
Она ничего не сказала, и по этому я понял, каким нелегким будет наше объяснение.
На Кэрис была черная обтягивающая водолазка. И что-то подсказывало мне, что она выбрала этот наряд, защищавший ее, как доспехи, специально для моего визита, которого она, скорее всего, ожидала.
Санни играла на полу.
У меня сжалось сердце.
Она что, не помнила меня? Прошло всего четыре месяца. Хотя как посмотреть – это можно было расценивать и как целую эпоху. И наверное, для маленького ребенка так оно и было.
Я подошел к ней и присел на корточки.
– Привет, Санни. Я скучал по тебе.
Она посмотрела на меня, протянула одну из своих игрушек и что-то пролепетала. Но она вовсе не выглядела такой восторженной, как раньше. И я не мог винить ее. Но было больно, что меня не встретили той заразительной улыбкой, которую я так любил.
Я положил двух маленьких пластмассовых кукол в игрушечную машинку, которую мне дала Санни, и подкатил машинку к ней.
Я обернулся и посмотрел на Кэрис, она стояла, скрестив руки на груди. Если бы она могла, то натянула бы водолазку себе на голову.
Мне предстояла нелегкая задача, и оставалось лишь молиться, чтобы не было слишком поздно. Я поднялся и подошел к Кэрис.
– Я заходил вчера вечером. Тебя не было дома.
– Я знаю.
– Полагаю, Шэрон сказала тебе.
– Сказала.
И я не смог сдержаться:
– Ты была с кем-то?
– Да. У меня было свидание.
Я похолодел, и в моей крови забушевал адреналин.
– С Чарльзом?
Кэрис прищурила глаза.
– С Чарльзом? Нет. С чего ты это взял?
– Эдриан сказал мне, что видел вас вместе, так что я подумал, что, может…
– Нет. Я была одинока, но не до отчаяния. Хотя уже некоторое время Чарльз прилагает усилия, чтобы поближе узнать Санни.
– С твоего согласия? Он не вынуждал тебя…
– Все в порядке. Это был мой выбор.
Я кивнул и посмотрел на свои ботинки.
– Значит, ты с кем-то встречаешься…
Она немного поколебалась, прежде чем ответить:
– Это было первое свидание. Он был очень мил, но после того, как Шэрон написала мне, что ты вернулся, было трудно сосредоточиться.
Я испытал огромное облегчение. Я чуть было не извинился за то, что испортил ей вечер, но,
Ее тон сделался холоднее.
– Зачем ты вернулся?
Сделав глубокий вдох, я сказал:
– Потому что настало время. Мне нужно многое объяснить, но я не стану винить тебя, если ты не готова выслушать меня.
– Только вчера я думала, что больше никогда не увижу тебя. Так что прости, но я не знаю, как отнестись к твоему появлению, Дикон.