– Согласна, – просияла Лаура. – Такую учёбу можно организовать прямо в столице.
– Тогда в академии останутся… – Даран начал загибать пальцы. – Боевые маги, артефакторы, алхимики, демоноборцы, офицерская школа, пустотники и эльфы. При этом родовитые аристократы, бастарды и простолюдины должны обучаться отдельно друг от друга, что поможет избежать лишних конфликтов.
С ним никто не спорил. Может, со стороны это и выглядело сегрегацией, но работало на благо учащихся.
Пусть в будущем у каждого будет шанс занять достойное место в новом обществе, пока талантливому бастарду будет куда проще обучаться среди себе подобных, чем терпеть соседство высокомерных высокородных аристократов. И вместо выяснений кто чей сапог должен целовать, пусть лучше занимаются учёбой.
Опять же пустотники просто по незнанию запросто могли оскорбить представителя любого сословия. И чего уж говорить об эльфах, многие из которых всё ещё испытывали ненависть к людям. И ненависть эта была взаимной.
Арес безо всякого пиетета развернул схему дворцового комплекса прямо на постаменте статуи прекрасной девы и очертил пальцем несколько линий.
– Если возвести стены здесь и здесь, мы получим удобно охраняемые и просматриваемые с башен секторы. Минимальным гарнизоном можно будет оперативно пресечь беспорядки или попытки пересечения периметра.
Даран прищурился, разглядывая предложенный репликантом вариант.
– Выглядит перспективно. Как по-твоему, какой гарнизон необходим для поддержания порядка при таком раскладе?
Граф не просто так интересовался мнением Ареса. Лишённые сословных предрассудков бойцы, не имеющие связей с аристократией нового мира, были прекрасным вариантом для наведения порядка и улаживания конфликтов в академии. Особенно учитывая иммунитет пустотников к магии людей.
Тот же Арес способен завершить несанкционированную магическую дуэль со стремительностью и неотвратимостью пушечного ядра. И ему будет глубоко наплевать, чьим знатным именем ему угрожает очередной высокородный сопляк.
С эльфами будет сложнее, но с ними должен будет сработать сводный отряд из поднебесников и Грифонов. Опытные боевые маги, отобранные лично Дану и Дараном, сумеют погасить и конфликт, и разожжённое драчунами магическое пламя.
– Если использовать для стационарных постов и патрулей имперских гвардейцев, а пустотников подключить в качестве отрядов быстрого реагирования…
С недавних пор при взгляде на огромного дракона, сравнявшегося ростом с пятиэтажку, Лёху разбирал смех. Причиной тому было имя, данное зверю хозяйкой.
Горыныч.
Стриж часто рассказывал о сказках и мифах своего мира, имеющих странные пересечения с историей эльфийской экспансии. Как-то раз, желая узнать, бывают ли трёхголовые драконы, упомянул и Горыныча. Кто же знал, что именно это так зацепит Древнюю? Она решила, что гибриду, волею судеб связанному сразу с тремя всадниками, больше всего подходит имя сказочного зверя из мира пустотников.
Так что теперь Лёхе и одному из новеньких, Богдану, приходилось предпринимать титанические усилия, чтобы сдержать неподобающий хохот при упоминании местного Горыныча.
Вообще, с этим новеньким пустотникам повезло. Москвич, погибший на год раньше Лёхи в автокатастрофе с бензовозом, имел неожиданно полезную профессию и деятельный нрав. Богдан Осадчий оказался не бариста, модным фотографом или менеджером среднего звена. Он был профессиональным сварщиком.
Не прошло и месяца, как Богдан с помощью барона Ригана, крайне заинтересованного в знаниях пустотника, соорудил артефактный аналог сварочного аппарата. Благодаря этому сооружать крупные металлические конструкции теперь могли не только маги со специфическими навыками, но и обычные люди. Высокотемпературная сварка позволяла работать и со сплавом Древних вне специальной кузницы, сделав возможным ремонт повреждённых артефактов, что были слишком крупными для транспортировки.
Над одним из таких Богдан сейчас и работал, заваривая небольшую пробоину в громоздком чане. Неподалёку Миа вместе с Ниэль изучали плетения на похожем артефакте, сверяясь с записью в книге-пирамидке.
Взгляд Стрижа привлёк знакомый уже золотой сфинкс. Такой же располагался в подземной крепости под императорским дворцом. Экспериментальный артефакт для подселения пустотников в звериные тела. В таком когда-то Гюнтера Хеймана превратили из человека в саблезуба.
Из-за столь противоестественной трансформации большинство пустотников попросту сходили с ума, не в силах сжиться с чуждой физиологией. Как выяснили из записей, когда-то эльфы надеялись усовершенствовать пустотников для боя с демонами, заодно избавившись от необходимости использовать слабые тела полукровок или изыскивать чистокровные вместилища.
