По порядку осмотрели все машины. Уралу досталось меньше всего. Кроме выбоин от картечи на кабине машины ничего не было. Основной заряд пришелся как раз на массивный бампер. В одном месте было пробито крыло. Немного перекошен бампер и помято крыло с правой стороны. Уазику досталось сильнее. Боковые стекла заднего ряда сидений были выбиты начисто. Пробита картечью задняя дверь и запаска, разбит задний фонарь слева. БМВ схватил мордой пару добрых зарядов картечи, да еще, похоже, автоматную очередь в корму. Рваные дыры от ударов пуль были даже на крыше. Бумеру пробили в нескольких местах радиатор, но, похоже, что этим не ограничилась. Металлическое позвякивание и скрежет в двигателе при попытках завести автомобиль, говорили о том, что дальше этот автомобиль с нами не поедет. Минивэн Артема даже царапин не получил. Замыкающая газель Палыча приняла весь удар в корму. Стреляли вдогонку. Задняя шторка тента висела лохмотьями. Палыча спасло то, что он не выложил из кузова мешки с сахаром и солью после последней поездки и забыл их там. На заднем мосту были пробиты крайние колеса. На левом внутреннем колесе тоже виднелась отметка от пули, но колесо сдуто не было.
Бэху решили бросить. Вытащили аккумулятор и слили бензин. Удрученного Леху пересадили к Артему.
Дома нас уже с нетерпением ждали. Было уже почти два часа дня.
Наши девушки высыпали на улицу. Случилось то, чего я и ожидал. Внимание привлек вид нашего транспорта. Пришлось объяснять, откуда дырки и прочие украшения на авто. Женская часть нашей команды, запричитала, кто‑то начал лить слезы. Ситуация выходила из‑под контроля.
На нашей улице лежала пара зомби. Мертвый мужик в хорошем костюме и одном лакированном ботинке лежал на самом въезде. За исключением эпизодической погрызанности единственным повреждением была маленькая круглая дырочка в районе виска. Мне рассказали, что это проверила мелкашку Женя, дежурившая на фишке. Второй зомбак пришел со стороны парка. Его уложил Николай, выстрелом из СКСа.
Мы загнали машины по дворам и собрались у меня на веранде. Женскую половину успокоили с большим трудом, но тут появился опять повод для беспокойства. Артем с фишки сообщил о том, что около забора со стороны парка стоят зомби. Вмешался сообразительный Палыч, он решил организовать тренировку для женского состава нашего коллектива, совместив полезное с нужным. Было просто необходимо их обучить стрелять по зомби, а с другой стороны следовало упокоить припершихся зомбаков.
Кадавров оказалось неожиданно много — штук двадцать. Причем вместе с бывшими людьми пришли две бывшие собаки. Бывшие собаки были породистым ротвейлером и лайкой хаски. Зрелище было жуткое.
Наших бабенок на неравный бой сумела поднять Алевтина двумя доводами: подумайте о детях и чего это мы вонь нюхать будем. Воняло от зомбаков действительно ужасно. Палыч в сопровождении Равиля вывели барышень к забору парка и начали стрельбы по движущимся зомби.
Проводив барышень на стрельбы, я зашел в мастерскую. Я примерно уже представлял у себя в голове то оружие, которое я посчитал наиболее эффективным в борьбе с зомби. Из‑под верстака я вытащил старую двухкилограммовую кувалдочку. Один край прямоугольной кувалды я обрезал с четырех сторон на манер пирамиды. Вторую сторону кувалды я обрезал с двух сторон в виде тупого массивного колуна. Работы по металлу я закончил обточкой и шлифовкой орудия на электроточиле. Кувалду я облегчил раза в полтора. Затем я выбил из кувалды старую сломанную пополам деревянную ручку. Рукоятку я решил изготовить из двух обрезков толстой стеклопластиковой арматуры длинной в метр. Я скрутил их изоляционной лентой и надел модернизированную кувалду на свежеизготовленную рукоятку. Кувалда села крепко, но для страховки я с обеих сторон от кувалды накрутил на ручку металлические хомуты. Полюбовавшись на свою работу и окрестив инструмент «зомбобоем», я вышел во двор.
Навстречу мне, зажимая носы, шли наши барышни. Алена, подойдя ко мне, обхватила меня руками, прижалась и влажно задышала мне в шею. Вот так, опять глаза на мокром месте. Я нежно обнял ее одной рукой. Мы замерли. Я понимал, что ей страшно, что она боится за детей и наше будущее, ее пугала неопределенность. Я тоже боялся, но сдаваться на милость апокалипсиса я не собирался.
Последним зашел Палыч. По его довольному виду я понял, что стрельбы удались.
Я помахал ему зомбобоем и спросил:
— Для испытаний вот этого чего‑нибудь оставили.
— Эко ты выдумал. Это та штука, про которую ты вчера говорил?
— Так точно.
— Боишься, что для испытаний зомбаков не хватит? — усмехнулся Палыч.
