— У меня много сестёр, — эльфийка выдержала мой взгляд. — Мы не друзья, а с некоторыми, как со старшей жрицей, я и встречалась всего несколько раз. Её с рождения готовили к этому, как и всех старших жриц до неё. Тебе не о чем беспокоиться.
— Хорошо, — кивнул я, продолжая буравить Хамель взглядом. Ванорз с недоумением переводил взгляд с меня на неё и обратно, видимо порываясь что-нибудь сказать, но так и не сумел подобрать нужных слов.
Вечером мне написал Павел. После допроса его отпустили, а как опросили всех остальных, неизвестные телепортировались прочь, забрав с собой группу любимчиков Ежа. Его тело так и осталось валяться у моста, поэтому Чапай организовал крестьян и ребят, не отказавших в помощи, и они перенесли тело в церковь. Крестьяне выстрогали гроб, а утром местный священник обещал провести отпевание и устроить похороны, хотя большинство игроков и считало, что тело Ежа вот-вот развеется. Перед уходом неизвестные приказали новичкам ждать возвращения Ежа или другого наставника.
Уснул я быстро и хорошо выспался. Утром, перед выходом, оглядел себя в зеркало, не хотелось бы ударить в грязь лицом на предстоящей церемонии. Накидка, несомненно, придавала шарма, а вот всё прочее одеяние выглядело посредственно. Можно было бы сменить рубаху и поискать штаны получше… но я решил, что правильнее будет показать реальный облик путешественника, чем чувствовать скованность в обновках.
Вскоре мы уже стояли на портальном круге Первохрама. Гильт был в простой светлой рубахе и штанах; когда я собирался, до меня донеслись его размышления о том, стоит ли вырядиться в костюм торговца, но он, видимо, также услышал мои мысли и решил проявить солидарность. Я смог понять по проносящимся у меня в голове отрывкам воспоминаний, что в такую простую, некрашеную одежду дварфы обычно облачали своих умерших для похорон, поэтому, помимо нежелания выделяться на фоне мастера, в стиле верного товарища имелся ещё и определённый символизм.
Однако, пусть немного, но Гильт всё-таки придал своему облику привлекательности: в его усах и заплетённых косичках бороды блестели золотые украшения. Хамель, как всегда, была закутана в тёмный плащ с капюшоном, впрочем, когда он распахнулся, я заметил, что её доспехи шиноби начищены до блеска, а бляха на поясе была новой. А вот Ванорз, на фоне всей нашей скромной компании, глядел франтом. Он снова надел свой шикарный плащ, откинув его таким образом, чтобы все могли полюбоваться великолепной бронёй стража смерти.
Нас пришли проводить почти все жители: Хельга со своими гвардейцами, вновь парадно выстроившимися перед кругом, горничные с молодыми жрицами, стайки детей, и даже два дварфа сподобились явиться.
Открыв меню портальной сети, я уже тянулся взглядом к точке скрытого телепорта, с которого мы отправились в Анлеус, как заметил активным основной круг Дифуса. Видимо, драэлин уже расправились со светлыми и гильдией магов у себя в городе, если открыто предоставили нам доступ к кругу.
Предупредив товарищей, я активировал перенос, махнул на прощание рукой провожающим, и нас окутал вихрь телепортации. Появились мы на незнакомой площади и, поймав картинку от Гильта, который, в отличие от меня, не стеснялся вертеть головой по сторонам, я понял, что площадь находится внутри цитадели Дифуса.
Встречали нас торжественно: по сторонам от круга выстроились ряды эльфийских воинов в пурпурных доспехах, среди них выделялись знаменосцы со штандартами, похожими на древнеримские. Впереди ожидала пара начальников: уже знакомый нам чернокожий жрец и высокий эльф в изящной броне изумрудного цвета, за ними стояли несколько девушек, очень похожих чертами лица на Хамель.
— Мы ждали тебя, Обещанный, — шагнул нам навстречу жрец. — Или правильнее сказать — Неназываемый?
— Мне всё равно, как вы будете меня называть, — я направился к ним, и мои товарищи последовали за мной. — Теперь у меня есть сила справиться даже с богами, и я пришёл исполнить обещание, данное Лаэриш. Богиня сказала, что дети, сохранившие ей верность, готовы вступить в войну. Чтобы сначала сокрушить предателей, а потом отправить пришлых богов вон из этого мира.
— И правда Неназываемый, — усмехнулся старик, — по крайней мере, таким его рисовали в сказаниях… Это владыка Ханнар, — он повернулся и указал на статного эльфа. — Лорд Дифуса и глава дома Ногост.
— Рад встрече, владыка, — я склонил голову в знак приветствия, но тут же поднял её и впился взглядом в лицо аристократа. — Вы готовы восстать против той мерзости, которую творят ваши «светлые» братья?
