Алан встал с кровати. Ему совсем не хотелось спать. Мысли о Лиль и происходящем просто разрывали голову. Он надел свою новую куртку, сапоги и взял меч. Неспешно он вышел в коридор. Немного постояв у двери, Алан направился в сторону лестниц. Вместо того, чтоб подняться наверх, он спустился вниз. В грузовом отсеке было почти темно. Лампы еле светили. Он увидел свой мешочек с крупой, на котором тренировался по совету Леонардо. Пройдя мимо мешков и ящиков, Алан подошёл к рычагу, который вручную открывал отсек.
Полный задумчивости, Алан спустился на траву и неспешно пошёл в сторону леса.
Через несколько минут показался небольшой холм, в котором виднелась пещера. В тёмном лесу всё это выглядело как-то зловеще. Не было слышно ни сверчков, ни птиц, наверное, неспроста этот лес назывался Мёртвым.
Алан шёл вперёд, он не хотел, чтоб его команда подвергалась опасности, он не хотел, чтоб кто-то из них покинул его, как Лиль. Он совсем не знал, что его ждёт впереди, не знал, как он справится с этим. Но он точно знал, что его команда не поможет ему с теми противниками, которые будут впереди.
Алан спустился в пещеру. Впереди была кромешная тьма, но молодой эльф бесстрашно пошёл вперёд. Аккуратно пробираясь во тьме вот уже несколько минут, он увидел свечение где-то далеко впереди. Ускорившись, Алан вышел в огромное помещение.
Странно, но это был тупик. Круглая зала с одним входом, по которому спустился Алан. Стены были, кажется, из пластов какой-то руды. Были видны слои, местами торчали целые пластины. Стены источали тусклое голубое свечение, которого вполне хватало, чтоб видеть эту залу.
«Неужели это тупик? – подумал Алан. – Не может быть, чтоб всё было вот так. Неужели все старания были ради того, чтоб прийти в тупик. Но Липфи сказал, что если и есть где-то место, о котором слышали, то это именно тут».
Алан просто стоял и смотрел по сторонам, даже не обнажив меч. Перед ним что-то резко мелькнула. Яркая вспышка. И вот перед ним уже стоял некто.
Он был на голову, а то и больше, выше Алана. Его лицо скрывала маска, это была маска животного. Алан таких раньше не видел. Это был чёрный тигр с алыми и белыми полосками, за его ушами были длинные двойные рога, верхние были около полуметра длиной, нижние – примерно на четверть короче. У него была длинная борода и подобие львиной гривы. Глаза пылали коричнево-малиновым пламенем. Его тело было облачено в чёрные доспехи. Они имели устрашающий вид, хотя были довольно простыми. Правая рука сжимала рукоять чёрного клинка.
– Здравствуй, – проревело существо, сотрясая пещеру звуковой волной. Алан прищурился от удара по ушам.
– Кто ты? – крикнул Алан, сам того не осознавая.
– Леагенэль, – представился незнакомец. Теперь его голос был похож на эльфийский. Он не бил по ушам.
– Спрашивать: «зачем ты тут?» – глупо, я так полагаю?
– Левадо пытался тебе помочь, но ты не справился. Что ж, мне придётся открыть твои глаза куда шире. Ведь я не хочу последовать за Левадо.
– Левадо, – встревожено начал Алан. – Что с ним? Где он сейчас?
– Мёртв, если говорить твоим языком.
– Но…
– Не о нём речь. Я высвобожу твою самую тёмную силу, которая позволит тебе пройти сквозь любое испытание, которое ты сам себе приготовил здесь. Но это будет последний раз, когда ты почувствуешь эту силу.
– Зачем ты помогаешь мне?
– Представь, что твой отец отправился в лес и встретил зверя. А ты будешь рядом с ним, не закроешь ли ты отца своей грудью?
– Наверное, – неуверенно ответил он.
– Левадо пытался тебе объяснить, но ты не слушал его. Это всё виноват ты сам.
– О чём ты?
– Вы испытываете друг к другу чувства, очень разные. Вы любите друг друга, ненавидите, дружите друг с другом. Вы можете не разделять чувств, которые питают к вам и питать чувства к тому, кто не разделяет их. Вы чувствуете разное, ведёте себя по-разному, думаете по-разному. Но стадо без пастуха у вас не может существовать. И вы придумали подобным чувствам названия. Любовь. Что такое любовь? Ты знаешь? Ты чувствуешь её так, как только ты можешь. Это зависит от объекта твоей любви, от твоего опыта, да от всего. У тебя есть друзья? Те, кого ты мог бы назвать другом. Но ведь ты испытываешь к ним разные чувства, разве нет? Ты даже можешь сказать, кто тебе нравится больше.
– К чему ты клонишь? – спокойно спросил Алан.
– Есть в этом что-то общее. Вы никогда не забываете настоящих друзей, настоящую любовь, настоящую ненависть. Да и как же забыть это, ведь ты сам становишься в этот момент лишь частью этого. Забыв это, ты забудешь самого себя, а забыть себя ты не можешь. Левадо пытался показать тебе, что абсолют невидим для вашего взора. Вы пытаетесь ухватиться за отголоски чего-то, называя это чем-то лишь по общим признакам. Вы так яро верите, что вы все разные, но ведь общие признаки у вас абсолютно одинаковые. Стремитесь быть не такими как другие, но…
