Все это друзья отметили лишь мельком. В первую очередь внимание приковывала фигура Атригиса, нетерпеливо притоптывающего ногой. На периферии в удобном рабочем кресле под яркой лампой просматривался человек в желтой мантии. Кажется, местный вариант летописца, бросающего жребий и фиксирующего исполнение пророчеств. Тот на блюстителей почти и не смотрел, что-то строчил в большой книге.
— Вопросы есть? — уточнил один из тройки руководителей ИПП, дождавшись четверки свежеиспеченных работничков и кивнув в сторону сияющего красной печатью свитка.
— А глаз вы потеряли, когда пророчество блюли? — нахально осведомился вконец обнаглевший Машьелис. Не пришибут же его на месте за любопытство, а то некому за пророчеством следить будет! Тайна повязки директора ИПП не давала покоя неугомонному дракончику.
— Кто тебе сказал, что я его потерял? — хмыкнул Атригис, но коварно не стал ничего объяснять и показывать. Лишь еще раз ткнул пальцем в пюпитр, где корчился под пульсирующей печатью свиток.
Друзья не стали медлить. Они обступили постамент со свитком пророчества, жаждущего воплощения, и изучили «штрих-код» печати. Мир зеленого спектра, то есть магии в нем серединка на половинку, зато многорасовый.
Хаг подцепил печать когтем, эльф помог бумаге аккуратно расправиться на пюпитре. Друзья прочитали текст пророчества, как всегда довольно краткий и не в меру загадочный, мало пригодный для использования в качестве указания к действию:
Не должен ОН в зерцало заглянуть,
И тем определить дальнейший путь!
К добру иль к худу это приведет,
Сейчас никто не скажет наперед!
Но нить судеб, сплетенная вольней,
Полезней будет для вселенной и людей.
«Как я не люблю загадки!» — тяжело вздохнула Янка. Для нее сейчас были ясны только два пункта из стишка: субъектом пророчества является особа мужского пола — раз, его ни в коем случае нельзя подпускать к какой-то разновидности зеркала — два. Прочие «где, куда и как», что и следовало ожидать, скрывались в тумане грядущего. Порядок есть порядок, все-таки работали блюстители с предсказаниями и пророчествами, а не с четкими инструкциями по эксплуатации приборов. Додумать мысль Яне не дали, стремительный неодноглазый Атригис поторопил студентов-работничков:
— Прочли? Портал активирован?! Выбирайте знаки и вперед, за дело!
Серая пелена между колоннами приглашающе колыхнулась, готовясь принять блюстителей.
— Прикинуть надо, — крякнул Хаг. — Вот так навскидку и не сообразишь, какие пять знаков понадобятся.
— Тьфу, вы же не в АПП, здесь любые, какие надо, берите — и в путь! — небрежно отмахнулся мужчина.
Нет, не отмахнулся, это он указал на зал, не меньший по размеру, чем портальный. Все стены его были одним круговым шкафом с мелкими ящичками, промаркированными знаками Игиды.
Хаг крякнул вторично, у Лиса от жадности загорелись глаза, Яна откровенно растерялась, а Стефаль серьезно задумался, безмолвно шевеля губами. Возможно, повторял пророчество и старался сообразить, какие знаки могут пригодиться в работе, кроме обычных — мимикрии, круга тишины и знака дружбы.
Короткое совещание принесло свои плоды: знаки ЛИАП (сон), ИДЕС (слепота) и АСТА (туман) добавились к основному набору большинством голосов.
— Готовы? Ступайте! — снова поторопил компанию Атригис и, подмигнув единственным видимым обществу глазом, добавил: — Рука у вас легкая, ребятки, самое то, чтобы нужные нити судьбы увязать!
— Дельный совет, — покритиковал новое начальство Лис.
— Советы тебе пусть бабушка дает, — мстительно ввернул Атригис, вероятно успевший тепло пообщаться с несравненной леди Левьерис, — а я блюстителям никогда под руку с напутствиями не лезу, чтобы настрой не сбивать.
Хаг прихватил собирающегося продолжить пикировку дракончика за плечи и фактически внес его в портал вместе со всей командой, над которой Яна торопливо активировала знак мимикрии. Стефаль на всякий случай зажал в пальцах листок с символом невидимости. Миг — и блюстители оказались в ином мире.
Их обступили горы! Величественные, окутанные серой таинственной дымкой, пронзаемой розовыми и золотыми солнечными лучами. Само воплощение вечности, в сравнении с коей любой смертный кажется ничтожнейшей из букашек, а проблемы и огорчения отступают.
Из состояния благоговейного любования Яну разом вышибли две вещи: пронизывающий ветерок, коварно дунувший в левое ухо, и выкрики небольшой толпы продавцов, от которых едва не заложило правое:
— Веревки, веревки! Факелы! Огоньки!
— Кому одежу теплую, справную, перчатки на волчьем меху?
— Фляги, фляги с водой, с настойкой, с вином крепленым!
— Свежая карта пещер подземных, до поворота-закоулочка все начерчено! Тем, кто на поиски озера Вещего — Зерцала черных вод — отправляется, верней помощника не будет! Отдаю почти даром!
