Сандо занимал должность начальника отдела в небольшой компании, которая поставляла крупным корпорациям органические светодиоды и электрические аккумуляторы. Их офис был одним из подразделений крупного предприятия. В будущем он мог рассчитывать на хорошую пенсию, поскольку организация обладала солидными финансами и у нее был низкий коэффициент задолженности по кредитам. А потому Сандо считал, что может жить на широкую ногу. Он даже подумывал о том, чтобы научиться играть в гольф. Почему бы не позволить себе это популярное среди состоятельных мужчин средних лет развлечение? Жена родила ему одного ребенка – сына, как они и договаривались. Сандо был уверен, что сможет дать ему все самое лучшее. Супруга подрабатывала в магазине их друзей, поэтому тоже имела кое-какие сбережения. Сандо представлял, как проведет старость, путешествуя по миру.
«О чем еще можно мечтать?» – частенько говорила жена. Их сын был круглым отличником, получал самые высокие оценки, но Сандо пытался объяснить ему, что не стоит так уж сильно стараться. Ужасно жить, выкладываясь на полную. «Довольствоваться тем, что имеешь» – вот был его девиз по жизни, который, конечно, не висел в рамочке под стеклом на стене в гостиной. Жена была полностью с ним согласна, а вот сын, в отличие от родителей, пребывал в постоянном умственном напряжении. Даже когда они говорили ему, что довольны его результатами, он продолжал сидеть над учебниками. И все же Сандо радовался усердию сына – пусть лучше ребенок стремится к чему-то, а не плюет в потолок, не зная, куда себя деть. Он был уверен, что его жизнь, в которой он довольствовался всем, что имел, продолжит тихо, без потрясений, течь своим чередом. Беззаботный Сандо даже не подозревал, какое испытание ему уготовано, он даже не догадывался, какими бедами грозит его сыну чрезмерное прилежание в учебе. Мог ли он представить, что стресс вызовет у мальчика психическое расстройство!
Сандо был уверен, что сын просто-напросто немногословный ребенок. И почему он сразу не заметил эту тень, нависшую над его чадом? Первой, кто забил тревогу, была супруга, ведь женщины обычно более чувствительны к таким вещам, чем мужчины.
– И хорошо, что он такой серьезный. Не о чем здесь беспокоиться. К тому же у него переходный возраст, – отвечал ей Сандо и пускался читать жене лекцию о психологии подростков, которых в период полового созревания начинает сильно интересовать противоположный пол. Мол, часто они начинают замыкаться в себе, поскольку стесняются поллюций во время сна. Они пытаются скрыть свои неуверенность и стыд, отсюда и отчужденность.
– Ты прав, дорогой, в том, что наш сын что-то скрывает. Но это точно не стыд и не неуверенность. Присмотрись к нему. Может, что-то случилось в школе?
– Или ему просто понравилась девочка?
Сандо решил отмахнуться от слов жены. Но однажды ночью, почувствовав жажду и пойдя на кухню, он вдруг услышал шум воды в ванной. Сандо открыл дверь и уткнулся взглядом в спину сына, которая уже утратила мальчишескую хрупкость. Но прежде чем обратить внимание на широкие плечи, он заметил синяки, рассыпанные по всему телу. Багровые и синие отметины на светлой коже. Сандо почувствовал легкое головокружение, и в этот момент сын повернулся. Его глаза были красными, и вовсе не потому, что он долгое время простоял под душем. Сандо понял: сын плакал. В голове молнией пронеслась мысль о том, что его доброго мальчика, его круглого отличника кто-то побил. И теперь он плакал. Это ясно как день, без всяких объяснений. За секунду грустный взгляд сына стал яростным. Он затрясся всем телом и громко зарыдал, и его завывания совершенно не походили на голос обычного подростка. Вопли сына были наполнены гневом – он не хотел, чтобы кто-нибудь стал свидетелем его страданий. Шум разбудил жену, которая в растерянности выбежала из спальни.
– Дорогой, что случилось?
– Выйди! Выйди! Я прошу тебя!
Сын повалился на плиточный пол.
– Дорогой, пойдем. Ты доставляешь господину Сину много хлопот.
Перед Сандо вдруг откуда ни возьмись появилась жена и схватила его за руку. Он что, заснул прямо здесь? Господин Син наводил порядок в закусочной. Видимо, именно он позвонил жене.
В первый раз Сандо пришел под навес этого передвижного ресторанчика, когда на душе у него было совсем паршиво, хотелось выговориться, а алкоголь, как известно, притупляет чувство стеснения. Своим слушателем он выбрал тогда некоего господина Сина, которого видел впервые в жизни. Сандо никому, даже близким друзьям, не хотел показывать, какая боль живет у него внутри. Когда становилось до невозможности тяжело и требовалось излить душу, он искал сочувствия у случайного встречного. Чужой человек послушает да забудет. Господин Син, владелец закусочной, в тот раз разрешил ему посидеть за складным столиком после закрытия, внимательно выслушав пьяное бормотание. По его взгляду было видно, что он, как отец, прекрасно понимает чужие переживания.
