– Давай. – Он протянул руку. – Тряхну стариной, пусть обследуют настоящего Винсента.
– Бринсента, – вздохнула я и все же протянула артефакт.
– Бринсент Броул? Или ты хотя бы фамилию бедолаге сохранила?
– Коул, с именем случайно вышло.
Он подбросил на руке ремешок с бусинами и тут же превратился в Бринса. Повел плечами, будто примеряя новый облик, и подмигнул мне. Из Рея парень получился куда лучше: правильная осанка, правильные движения и мимика. И еще у него была собственная хорошая одежда. Наконец-то Ирвин порадуется обновкам у помощника.
– Подожди здесь, – бросил он. – Я на несколько минут отойду, и сразу назад. А ты пока подумай, как поскорее избавиться от барса и вернуться в Дагру. Я серьезно, Бри. Твоя матушка и сестры каждый день о тебе спрашивают. Не нашла ли работу и мужа, не проснулся ли зверь, не выбила ли себе местечко при дворе. Насчет последнего, кстати, могу поговорить с принцессой, вроде бы она ищет новую фрейлину и тебе благодарна за спасение в диких землях.
Было бы за что. Я только помогала отбиваться, почти всю работу сделали Дунк и Сай. Да и многое ли я могла со своими кинжалами против магических тварей? Стоило вспомнить те события, как в груди закололо. Я отмахнулась от боли и через силу улыбнулась Рею.
Когда он вышел, затолкала подальше белый халат, осторожно выглянула в коридор, и только потом покинула комнату. В приемном хватало людей, на еще одну девушку никто не обратил внимания. Знаю, Рей просил так не делать, но мне бы одним глазком поглядеть, как будут обследовать Бринса.
Я покружила немного и уверенно пошла к нужной смотровой. Дверь туда плотно прикрыли, а доносящиеся голоса было не разобрать. Кроме, пожалуй, громкого и заразительного смеха Рея. То есть Бринса. Винсента. Как же все запутанно.
Мне в сердце будто раскаленный кинжал вонзили, стало трудно дышать. Я хватала ртом воздух, искала опору, но рядом ничего не было, а люди скользили по мне взглядами и не спешили помогать.
Перед глазами полетели темные мошки, и я почувствовала, как теряю связь с реальностью, а мир вокруг вращается слишком быстро. Упасть мне не дали. Кто-то подхватил под руки и довел до ближайшей скамьи, затем сунул под нос флакон с острым запахом.
– Почему я даже не удивлен? – спросил Ирвин и недобро сощурился. – Куда ни пойду, везде ты!
– А ты запрись в спальне, туда мне точно не пробраться. – Я потерла нос и зажмурилась. В чувство пришла, зато запах теперь надолго со мной. – Мы же вроде договорились, что женщинам можно болеть, лишь бы не ходили к тебе в аптеку.
– Договорились. – Он встал и подхватил меня под руку.
– Жену свою таскать будешь! А я свободная девушка.
Я попыталась вырваться, но слабые руки и ноги плохо слушались. Ирвин держал крепко и почти волок меня к ближайшей смотровой. Внимания на нас никто не обращал, одна Элиза понятливо кивнула и пообещала принести инструменты.
– Не дури. Я все-таки врач, возможно, смогу тебе помочь.
– Другого хочу! – тихо пискнула я, когда оказалась на кушетке, в крохотной комнате наедине с Ирвином.
– Мужа себе выбирать будешь, а врач лечит, какой свободен, – вернул он мне мои же слова.
Ответ слушать не стал, посветил мне чем-то в глаз, затем заставил открыть рот, взглянул на горло и почему-то постучал по зубам.
– Меняла? – спросил он.
– Заново вырастила. Упала неудачно, когда была помладше.
– С пеленального стола? Где такая юная госпожа могла лишиться зуба?
Я не стала комментировать и рассказывать, как однажды грохнулась с крыши в Гимзоре. Убегала от парней из местной банды, поскользнулась и полетела вниз. Приземлилась более или менее удачно, только сломала руку и выбила зуб. Вырастила его уже в Дагре, сестра с зятем сделали подарок ко дню рождения.
Ирвин бы все равно не понял и не поверил, поэтому и хотела другого доктора. К тому же спорить с открытым ртом неудобно, и чем больше мы общаемся, тем больше у Ирвина шансов меня узнать. Придется ему жить без моих захватывающих историй.
Удостоверившись, что с горлом у меня все в порядке, он взял мое запястье и сосчитал пульс. При этом почему-то старался не смотреть мне в глаза.
– Можешь не дергаться, я не в обиде, что бросил тогда посреди улицы и не повел в чайную, – улыбнулась я.
– Об этом и не думал.
– Зря. Я бы тебя научила выбирать правильный чай.
– Как будто ты мой пробовала. И давай раздевайся.
– Быстрый какой! А на свидание? Угостить чем-то? Познакомиться поближе?
Ирвин изогнул брови и выразительно постучал деревянной трубкой по руке. Я видела такие у лекарей, но саму как-то не обследовали. Да и что внутри слушать можно? Вопрос я озвучила, на что Ирвин показательно закатил глаза.
– Такая ярая революционерка и не знаешь элементарных вещей, вроде строения своего тела?
– Знаю… – Я уже собралась поделиться с ним бездной информации об уязвимых точках. Куда нужно бить, чтобы обездвижить, лишить сознания или заставить взвыть от боли. Потом подумала, что юной Габриэлле такие речи не подходят, и сменила тему: – Много о мужском организме.
