Мариам не умела читать, а на арабском мог прочесть только Джамил. Но к нему я точно не обращусь. Испытывать судьбу и подвергать опасности любимого мужчину не буду.
Стук в дверь прервал мои размышления.
– Ханна, с вами все в порядке? – голос евнуха заставил меня собраться.
– Да, да, – ответила, вытирая слезы с щек и пытаясь привести себя в порядок, чтобы он не догадался.
Теперь все по-настоящему счастливы. Саид с наследником, пусть даже в разводе с Далией, а мое положение остается незавидным. Впрочем, оно и было всегда таким.
Багир приехал только через пару месяцев. Этот приезд обставили так, будто был день рождения, юбилейная дата. Джамил последние два дня перед приездом Господина, казалось, не спал и не ел.
Из окна спальни я видела, как подъехали черные тонированные машины бизнес-класса, и из одной из них вышел Багир. В темных очках и деловом костюме темно-синего цвета атлетический силуэт стал будто еще более угрожающим и агрессивным.
Только сейчас пронзила острой пикой мысль: «А что, если он не планировал детей? И сам добровольно отведет меня на аборт?»
Если три месяца назад я была бы рада, то сейчас ужас и озноб по телу прошлись ледяным холодом.
– Ханна, ты готова? Там Господин приехал, и уже в доме, приветствует гостей, – раздался голос Мариам.
– Готова, – отозвалась бесцветно я.
Джамил собрал всех своих родственников, и нас ждал роскошный обед.
В женской половине в гостиной собрались все жены и сестры Багира и его братьев. Они, увидев меня в интересном положении, сразу же кинулись поздравлять и, выставляя ладони перед лицом, молиться, чтобы Аллах нам подарил мальчика.
Я сдержанно реагировала на их возбужденные возгласы и пожелания. Самое главное было впереди, отчего сердце заходилось в бешеной чечетке.
Лиара и две другие жены старшего брата Багира восторженно расспрашивали меня о самочувствии.
– Мне очень хотелось соленых арбузов, – мечтательно произнесла Карима, младшая жена Ахлана, – я сходила с ума ночью, если не поужинала и не съела хотя бы кусочка.
– А мне нравится все пряное и острое с перцем чили, – отвечала я, и мы улыбались над нашими странными предпочтениями во время беременности.
– Да простит меня Аллах, мне очень хотелось жареной свинины, – почти шепотом произнесла Лиара, и заговорщически подмигнула.
– Как же ты справлялась? – удивленно спросила Жанила, средняя жена.
– Мучилась. Ела мясо газели, коз и утку, запеченную под гранатовым соусом, – и Лиара усмехнулась, – но все это было не то.
– А ты пробовала свинину?! – с ужасом в глазах спросила Карима
Но моя родственница не успела ответить, как отворилась дверь, и на пороге появился Джамил. Он махнул мне рукой и кивком попросил следовать за ним.
Женщины остались разговаривать, а я пошла за евнухом. Адреналин моментально ударил по вискам. Я шла за Джамилом, и невольно обнимала себя руками. Что сейчас скажет Багир? Что меня ждет на этот раз?
Мы зашли в кабинет хозяина дома, и Джамил с поклоном удалился.
Багир стоял спиной, и когда повернулся, взгляд его черных пронзительных глаз заскользил по моему округлившемуся животу. Я мысленно ругала себя, что надо было сегодня одеть более просторную джалабию, чтобы скрыть очевидную беременность хотя бы на пару дней. Но, видя свою полнеющую фигуру в зеркале, испытывала привычные комплексы беременной, и старалась выделить плывущую талию.
Широкими шагами, муж оказался за считанные секунды рядом. От бездонного и грозного взгляда я не могла угадать его настроение, и это пугало настолько, что, ощутив аромат дорогого парфюма с нотками морского бриза, я отступила назад на шаг. Высокая широкоплечая фигура мужа нависла надо мной ураганной тучей.
И внезапно он опускается на колени, а широкие ладони скользят по моей поплывшей талии, обхватывают бедра.
– Ханна, мое сокровище… Моя девочка… – шепчет он и касается губами выпирающего живота.
От этого я смущаюсь, и становлюсь чрезмерно сентиментальной. Слезы наполняют глаза, и образ мужественного Багира плывет сквозь накатившую влагу.
– Ты можешь просить все, что пожелаешь, – и муж вновь вырастает надо мной властной и уверенной скалой.
Я улыбаюсь, но в моей эмоции только печаль и грусть. Он, конечно же, этого не замечает.
Чего я могу желать? Попасть домой и воспитывать ребенка одна? Или попросить отдать меня Саиду?
– Ничего мне не нужно, – шепчу в ответ, пока подушечка его пальца проходится по нежной коже щеки и вытирает прозрачные ручейки.
Багир нежно обнимает меня, прижимает к себе трепетно и очень осторожно.
– Я готов на все для тебя моя милая Ханна, – он делает паузу. – Жаль, что ты этого не принимаешь и не хочешь понимать.
Не спорю. Багир в этом абсолютно прав.
***
Наша идиллия длиться несколько недель. А потом…
Однажды Багир заходит ко мне в спальню, и угрюмо осматривает меня. Я кручусь перед зеркалом и мечтаю, как после родов снова смогу одеть платья, которые так нравились мне.
– Что тебе нужно было в моем кабинете?
Он становиться сзади меня, и скрещивает руки на груди. На нем темно-серый камис выглядит устрашающе и сурово.
