– Она не имеет понятия, что это значит, – говорит Айша, услышав вопрос, и улыбается иронически. – Мы здесь, в поселке, и в нашем племени живем нормально, девушки с парнями, женщины с мужчинами. Никто никого не отделяет, не отодвигает, ничего не скрывает. Все мы знаем будущих мужей и сами себе их выбираем. Наша жизнь достаточно тяжелая, чтобы еще больше ее затруднять. Я слышала об обычаях в других арабских странах, в Саудовской Аравии или Йемене, но этого у нас не встретишь.
– А она не слишком молодая? – задает Марыся волнующий ее вопрос.
– Главное, что не старая. Будет рожать здоровых детей, – выражает она здешнее мнение, и на этом неловкий разговор заканчивается. Марыся, как и обещала, вручает Басме презент. Та, увидев кулон, от удивления и радости кричит и визжит вместе с окружающими ее женщинами семьи.
– Я сразу его надену и уже никогда в жизни не сниму, – обещает она, стараясь застегнуть цепочку трясущимися от волнения руками. – Если мой парень его увидит, то будет знать, что берет себе не абы какую жену, а элегантную даму.
Она бросается Марысе на шею и целует ее.
– Сейчас-то я, моя добродетельница, точно счастлива! Ой, как счастлива!
Она танцует вокруг табурета. Окружающие невесту берберки тоже пускаются в пляс. Одна из них начинает хриплым голосом напевать печальную ритмичную песню о влюбленных, а остальные бормочут слова под нос. Праздничная атмосфера охватывает весь небольшой поселок.
Повеселившись, девушки начинают готовиться к встрече гостей. В пять вечера с женихом должны прийти человек двенадцать мужчин и столько же женщин из его семьи. Некоторые родственницы уже пару дней помогают, как это испокон веков бывает в арабских странах. Запахи, доносящиеся из каменных топок, печек и гриля, прекрасные. Все ко времени. Блюдо медленно доходит в больших котлах. Девушки должны только красиво украсить столы, скамьи, стулья и возвышение для пары молодых. Для этого они используют рулон белого полотна и зеленые ветки, которых здесь в достатке. Балдахин уже с утра прикрепили мужчины, которых сейчас в поселке вообще не видно.
– Ну что? Проветримся? – все еще нервничая, Манар хочет вырваться из-под зоркого взгляда матери. – Тетка Фарида следит за детьми, так что мы свободны.
– Ну, я не знаю. – Айша не уверена, подходящий ли это момент для прогулки.
– Как хотите! Я иду! – заявляет старшая. У двух оставшихся девушек нет выхода, и они присоединяются к ней.
Путешествие на осликах оказывается не таким трудным, хотя, конечно, они едут из-под палки. Марысе досталась старая кляча, упитанная и послушная, полностью противоречащая мнению об этих животных. «Я более упрямая, чем она», – думает Марыся, смеясь в душе. Сначала каменисто-песчаная широкая дорога ведет через лес. Позже она становится менее приятной: с одной стороны появляются скалы, с другой – заросший зарослями обрыв. Любительница отрабатывать езду верхом, если б могла, то прижалась бы к стене и не сделала бы ни одного шага. Но ее животное привязано к ослу Манар, который лениво тянет ее вперед. Нет выхода. Марыся должна подчиниться судьбе. Иногда камни сыплются из-под копыт и долго летят вниз.
– Глубокая эта пропасть? – испуганно ищет утешения Марыся.
– Нет, не так чтоб уж очень, – слышит за собой веселый голос. – Потом будет большой обрыв, но мы туда не едем.
– Ничего не бойся, – говорит старшая сестра, выказывая понимание взмокшей от страха городской девушке. – Уже близко.
– Но мы же не будем возвращаться этой дорогой! – кричит от ужаса Марыся, потому что только сейчас до нее доходит, что потом будет с горки…
Горянки дружно смеются.
Едва девушки взбираются на холм, лес редеет. Их глазам предстает плато, полностью из монолитной скалы и песка. Взгляд должен привыкнуть к недостатку зелени и заливающему это пространство ярко-бежевому и рыжему оттенку. Шок. В отдалении, метрах в двухстах, расположился поселок из десяти свободно стоящих домов фисташкового цвета. Каждый огорожен и с большим двором, но, кроме этого, ничего здесь нет. Марыся сомневается, сможет ли выразить свое восхищение домом, о котором мечтают девушки. Для нее это только безлюдье, пустыня и глухомань.
– Эй, там кто-то ходит! – У Манар зрение, как у сокола.
– Кто это может быть? Ведь вся семья дома, – беспокоится Айша.
– Ходу! – Старшая сестра поворачивает послушного осла, и они мчат сломя голову к линии леса.
– Солдаты, – шепчут сестры, укрывшись в лесу. – Что они ищут в наших домах?
– Нужно было сидеть тихо в поселке, как я и говорила! – злится Айша. – И не подвергать опасности нашу гостью! Что за стыд! Возвращаемся!
– Вы езжайте, а я проверю, что тут происходит. – Отважная Манар вытягивает спрятанный под шерстяным седлом обрез. – Может, там мой старый…
– Я понимаю, что ты за ним света белого не видишь. Твой мир такой маленький и узенький! Но нельзя же быть полной идиоткой!
Младшая решительно умнее и рассудительнее всех из их семьи.
– Парни придут сюда только ночью. Если ты сейчас выйдешь из леса, военные сразу увидят тебя, ведь ты как на ладони! Как в тире!
