Да ночами небо над полюсом сияет переменным багрянцем, и временами оттуда доносится глухой грохот. Мантикора исчезла одновременно с Хисой, Нуру не удается отыскать ее психополе. И обитатели Арда Ману, оставив страхи с опасениями, всё чаще приближаются к айлам, наблюдая за отрядом с безопасного расстояния. Слух о Мантикоре дошел и сюда, ее исчезновению пока не верят.
Найденыша перемена отношения к отряду со стороны природы не радует, при виде любого животного он съеживается и выпускает невидимые колючки. Лошадь Хисы терпит седока, но часто фыркает от возмущения. По вечерам, на привалах, самые смелые обитатели незнакомого мира посещают стоянку. Больше других привлекает Глафий, единственный обладатель бороды и медового запаха, вернувшегося к нему. Стричься он не желает, и солнечная завеса закрывает плечи. В дороге над головой-копной гудят пчёлы, чуть выше кружат бабочки.
И никто не удивился, что именно Глафий первым предупредил о приближении ненастья.
– Командир! Отряд! Нам требуется укрытие. Вот-вот налетит и накроет нас первый холодный шквал.
Сандр доверил поиск укрытия Воронку. Резкая смена погоды насторожила. Возвращались прежние опасения. Нет, не могут их вот так просто пропустить к цели! Активное противодействие только начинается.
«Почему мы выбрали прямой путь на север? Как только мы ступили на него, ничего серьезно опасного не происходит. Словно кто-то старается облегчить нам дорогу. И Нечто словно забыло о Нуре. Что, если сам Нечто и направляет на север? И мы идем по маршруту, намеченному им?»
На привале, не добившись связи с Ардом Айлийюн, проанализировали весь пройденный путь. И сделали общий вывод: за отрядом наблюдают. Путь корректируется. То слабее, то сильнее… То задерживают, то подталкивают. Определенно, воздействие исходит из единого центра. В таком случае, в том командно-наблюдательном центре не исключают, что айлы догадываются о наличии активного контроля. Мозг Хисы мог находиться под ними. И Найденыш не нашелся, его подсунули… Подбросили!
И, в таком случае, – ураган предназначен для того, чтобы развеять наши возможные подозрения. Но ведь несложно им там понять, что и этот ход мы в состоянии раскрыть… Возникает большая путаница. В мелочах можно заблудиться. Надо подняться над ними, увидеть главное. Увидим, поймем, – и все получится. Напрямую им с нами, айлами, не справиться. Иначе бы давно…
– Глафий! – обратился Сандр к «великому пчеловоду», окруженному жужжащим роем и шелестящим облаком. Часть из бабочек закружила и над черноволосой коротко стриженой головой Нура.
– Глафий! Следы дозоров отсутствуют, их донесения не доходят до нас. Их ликвидируют!
– Та-ак! – Глафий принялся чесать пальцами бороду, – А сами дозоры?
– С ними порядок. Я уверен. На Арде Ману нет силы, способной серьезно повредить айлам. Нас можно напугать, обмануть, но нельзя уничтожить.
Глафий вытянул руку перед собой и на ладонь спланировала громадная изумрудно-голубая стрекоза. Ее выпуклые многозрачковые глаза смотрели разом на Глафия, Сандра и Нура.
– Какая красавица! – восхитился Глафий, – Она информирует: приближается ураган. Но сама не прячется. И пчёлки мои тоже… Что значит, – ты прав, командир. Переждем непогоду и попробуем перестроить наши мозги.
– И сделаем это подальше от Найденыша, – добавил Нур.
Он с понимающей улыбкой взрослого айла погрозил пальцем Кари, тычущей лбом в бок Воронка. Кари отреагировала взмахом хвоста.
Через сотню шагов Воронок с Кари остановились у рощицы стройных желто-белых березок. Вокруг деревьев – почти одинаковые по форме и размеру камни, расположенные по правильной окружности. След работы разумных рук. Сандр предоставил Воронку свободу и тот увел лошадей в центр огражденного камнями оазиса безопасности. Деревья выросли рассредоточенно, в центре самой рощицы свободное пространство, поросшее высокой зеленоватой травой. Идеальное место для укрытия.
И вот, черные тучи закрыли Иш-Арун плотной шторой. Потемнело резко и тут же рванул ветер, срывая листья с берез. Пошел такой гул, что голосовое общение стало невозможным. Прояснилось назначение камней, – они полностью гасят низовой ветер и спасают ручеек, берущий начало среди березок, от загрязнения.
Нур бросил Найденышу, вцепившемуся в ствол дерева, накидку. Айлы решили не прятаться от дождя. Много дней и ночей нет рядом большой воды; и любой дождь, пусть холодный проливной, кроме пользы, ничего не принесет.
За ночь ветер сорвал с верхушек деревьев всю листву, ручеек стал речкой. Временами где-то на севере ветвились молнии, до оазиса докатывались раскаты грома. Будто громадные каменные шары падают с высоких гор, дробясь к подножию на мелкие обломки.
Ночная гроза омыла лошадей и придала свежей энергии. Как и айлам. Съеженный Найденыш дрожал всем телом. Нур, поколебавшись, вытащил из собственной поклажи сухой плед и протянул вместо мокрой накидки.
– Выжми одежду свою, потом завернись в плед. Через час трогаемся.
«Вот и первая команда юного командира», – довольно улыбнулся Сандр и громко спросил:
– Все слышали? Ты как, Воронок?
