— В-вы… я д-думал, вы вы-ышли… — проблеял парень. Пока машина стояла, он, не иначе, сидел, крепко зажмурившись и ожидая выстрела в затылок.
— Выйду, не переживай. Попозже. Теперь сделаем так…
Пока детектив объяснял водиле дорогу, машина наматывала петли по узким улочкам. До нужного места было недалеко — именно тот факт, что ехать до цели оставалось считанные минуты, лежал в основе плана Петра. Сейчас преследователи озабочены тем, чтобы обнаружить его на месте первой остановки: они почти уверены, что он покинул машину. Через пару-тройку минут «тихари», возможно, поймут, что их провели…
— В общем, ты меня понял, да? Я выскочу, а ты — едешь в Медведково, как и договаривались. Ровно через полчаса можешь быть свободен. Вздумаешь дурить… Не надо дурить, земеля, твой номер у меня есть, ежели что… тебя и под землей найдут, понял?
— А если м-менты?..
— У тебя руль есть? Вот и рули. Полчаса, понял? Больше — можно, меньше — ни-ни. Если потом менты спрашивать будут, говори, что хочешь, меня это не колышит. Но полчаса ты мне обеспечь, ясно?
— Ясно…
Когда прибыли на место, машину парень остановил именно там, где было нужно. Потребовалась всего несколько мгновений, чтобы покинуть салон, и еще столько же, чтобы скрыться в проходном подъезде. Белая легковушка только исчезла за углом, а из подъезда уже вышел подтянутый мужчина — и куда подевался солидный пивной животик…
Неподалеку призывно сиял вывеской магазин, где торговали, помимо прочего, мужской одеждой. Петр двинулся туда — предстояло обновить гардероб. А потом добраться до назначенного места встречи и затаиться где-нибудь неподалеку. До темноты.
— Стоп… Ну-ка, погодите.
— В чем дело, Мишка?
— Сам не знаю. Какое-то нехорошее предчувствие. Очень уж все вокруг спокойно.
— А ты чего ждал? — пожал плечами Геннадий. — Милицейских сирен и пулеметных очередей? Обычный микрорайон, вторая половина дня. Здесь все таким и должно быть — тихим и безлюдным.
Это был уже четвертый адрес, который они проверяли. В двух квартирах им сказали, что Игорька не видели уж с месяц, а то и больше. Еще в одном какая-то молоденькая девица при упоминании имени Игоря впала в бешенство и водопадом слов, большая часть которых ни в коей мере не соответствовала ее довольно-таки приятственному облику, попросила «передать этому козлу, чтобы забыл ее телефон навсегда». Потом, впрочем, она разревелась и сказала, что если упомянутый «козел» захочет позвонить, то она дома почти постоянно.
Именно из этой девицы удалось вытрясти четвертый адрес — тот, куда они прибыли сейчас. Якобы она — Яна — и Игорь бывали здесь разочек, когда им захотелось укрыться от людских глаз. Оставалось надеяться, что Игорь, наслушавшись телепередач, лег на дно и боится показываться на улице. Тем более что список мест, где он мог бы находиться, подошел к концу. Если не считать, разумеется, официальный адрес, по которому он жил вдвоем с матерью в роскошной четырехкомнатной квартире. Туда, по-любому, соваться не стоило. Или квартира под постоянным наблюдением, или кто-то чертовски паршиво делает свою работу.
Пока все шло довольно гладко. Не в плане результатов, конечно, а в плане самого процесса. Кроме утреннего неприятного эпизода в метро, других эксцессов более не возникало.
Железная дверь, домофон… Лика нажала на кнопку нужной квартиры. Спустя несколько секунд из динамика послышался хриплый, дребезжащий голос, в котором тем не менее угадывались Игоревы интонации.
— Говорите, вас внимательно слушают.
— Игорь, это я.
Короткая пауза… Пожалуй, она могла бы быть и менее короткой. Затем щелчок замка:
— Поднимайся, жду.
По лицу Лики пробежала мимолетная тень. Конечно, стоит сделать скидку и на нервное напряжение, и на то, что домофон, в общем-то, совершенно не предназначен для дружеской беседы… И все-таки у нее почему-то осталось странное ощущение, что Игорь не узнал ее голоса. Положа руку на сердце, она должна была признать, что и сама его голос узнала с трудом, но все же…
Дом был высокий, двенадцатиэтажный, но лифт, как это часто бывает, не работал. Неровный листок, приклеенный скотчем к раздвижным дверям, сообщал, что реанимация состоится не ранее следующей недели. Так что на седьмой этаж пришлось тащиться пешком.
Примерно на уровне пятого Генка вдруг остановился.
— Я дальше не пойду, — коротко сообщил он, присаживаясь в углу возле батареи.
— Чего это? — возмутилась было Лика, но Михаил, поймав Генкин взгляд, коротко кивнул.
— Так надо, не спорь. Пошли.
Прежде чем девушка нажала кнопку дверного звонка, Михаил поймал ее ладонь и прижался к ней губами. Он и сам бы не мог сказать, в какой момент тонкие пальчики под его губами сменились чем-то восхитительно нежным, податливым и одуряюще пахнущим, кружащим голову и выбивающим из-под ног пол… С трудом прервав поцелуй, он сделал шаг назад. Лика смотрела на него расширенными от удивления глазами:
— Ты что? Как… прощаешься…
— Ненадолго, — шепнул он. — В квартиру ты войдешь одна. И вот, возьми… — Он сунул ей тяжелый пистолет.
