«Это спагеттификация», — пришло сообщение от Коня, и только оно пришло, как я увидел, что нет больше моего робота. Есть только куча разрозненных, вытянутых, как спагетти, деталей, концы которых просачиваются сквозь пол. Твою мать! Траханные звез-з-ды. Бесполезное рыдание сотрясло мою грудную клетку.
Если это переход в другое измерение, то моё тело тоже не перенесет его. Я как бы зайду за горизонт событий черной дыры?
А значит, я точно не вернусь. Так. Ну я же знал. Знал… Ну почему так больно. Почему сердце так стучит? Я знал!!!
Знал. Я к этому шел. И вот моя Голгофа — превращение в спагетти?
С губ сорвался нервный беззвучный смешок вместе с утробным всхлипом. Как я сейчас жалок, умирая.
Принс. Принс! Принс… я мысленно обратился к ней. Мне было очень страшно, но страшно не просто умереть, страшно, что я больше не увижусь с ней. Что бы там дальше ни было, какая со мною произойдет трансформация, я больше никогда не возьму её за руку… У меня больше не будет тела, чтобы обнимать её, чтобы целовать, чтобы заниматься сексом. Чтобы взять на руки своего ребенка…
Это был такой пронзительный, такой мучительный страх. Я скулил, шепча имя любимой. Я не знал, блокировал ли сейчас этот энерианен мою связь с Принс, просто пытался дотянуться до неё.
Внезапно ощутил в своей ладони её ладонь. Ощутил это божественное чувство, когда сплетались наши пальцы.
Я стал успокаиваться, отдаваться морю боли, которая из резкой становилась плавной. Я к ней привыкал. Растворялся в ней. Утекал в неё, теряя связь с телом.
Всё, что оставалось, это сплетение наших пальцев, это тепло между ладонями.
Чтобы со мною ни происходило, я знал, для чего я здесь. Для чего я всё это делаю. И если мне нужно умереть физически, чтобы закрыть сектор — я это сделаю.
Ещё какое-то неопределенное время я что-то думал, что-то чувствовал, а затем просто исчез слившись с окружающим пространством.
Только мельком заметил со стороны, что то, что было моим телом — превратилось в мясокостные кровавые спагетти, которые просачивались сквозь пол в центре зала. В середину неизвестно чего. Я улетал туда же.
3112
Когда я прилегла на пять минут, чтобы перевести дух перед присягой наших воинов, мне приснился Трой. Он взял меня за руку. Между нашими ладонями было так тепло. Меня обуяла радость. И вдруг посреди этой счастливой картины я почувствовала, что у меня ноги вытягиваются, колени выходят из суставов. Рвутся связки. Я закричала.
И тут же проснулась, тяжело дыша. Я не знаю, что это было за чувство, но оно говорило, что Трою очень плохо.
— Всё в порядке? — я услышала обеспокоенный голос Алисии.
— С Троем что-то… что-то происходит, ему больно, — по моим щекам потекли слезы. Потому что сердце разрывалось.
Будто оно ощущало то, чего я ещё не знала. Не успела осознать.
— Он с тобой говорил? — спросила Алисия.
— Нет, но я… он… как будто соединялся со мною по этой связи, просто ничего не мог сказать… — я вытирала пальцами пылающие от горячих слез щеки.
Мне же нельзя плакать. Скоро будет присяга, я должна держаться. Должна показывать гребанные мужество и решимость.
— Ты думаешь, он ранен?
— Думаю, да. Похоже, — мне все никак не удавалось собрать мысли в кучу, меня изнутри выворачивало от… страха, печали и чувства утраты, но я их отгоняла. — Похоже. Красотка?
Через мгновение буквально ко мне на кровать забралась моя сороконожка.
— Давай попробуем ещё раз хоровод устроить? — попросила я, погладив Красотку по хитиновой спинке.
Она опустила взгляд вниз, ткнулась мне в руку, чтобы я ещё её погладила. И я снова ощутила чувство утраты, на сей раз Красотка как будто отзеркалила моё.
«Невозможно».
Так я поняла её эмоции. Хоровод больше не мог помочь связаться с Троем.
— Почему? — тихо спросила я у неё, как будто она могла мне внятно ответить, а я могла четко понять её посыл.
Красотка уползла от меня под кровать.
— Мне нужно к Гомеру, срочно, — буркнула я.
— А как же причесаться и одеться для принятия присяги? — возмутилась Алисия.
— Возьми мою одежду с собой и причешешь меня тоже там, — я быстро умыла лицо в ванной комнате и вышла из своей каюты.
Нашей с Троем каюты. Как могла, я гнала от себя страшные мысли. Держала ладонь на животе. Доктор мне сказал, что малыш у меня есть. Пара клеточек проросли в матке и делятся, превращаясь в маленького человечка.
Я сосредоточилась на этой мысли. А ещё через полчаса я буду принимать присягу Армии Вегианской Республики. Мы выбросим в пекло ВАДовские эполеты и эмблемы. Нам местные сделали значки в форме синих звёзд, как Вега.
Карлос бы гордился мною. Я шла быстро, почти не замечая мелькания переборок. Поглядывала на белоснежный пол.
Или Карлос уже гордится? Смотрит там из своей ячейки рая. Я выдавила подобие улыбки, сосредотачивалась на хорошем, как могла.
Но едва я вошла к Гомеру в изолятор, увидела его сгорающий от любопытства взгляд, мне стало не по себе. Я сходу спросила:
— Чтобы войти в пункт управления, Трой должен умереть?
