— Ну я тут поспрашивал, за койку в каюте третьего класса не меньше ста семидесяти целковых просят. А в сезон и две сотни ломят.
— Сколько⁈ — охнул я, поражённый озвученной ценой до глубины души.
— А билет второго класса и триста пятьдесят целковых потянет, — добил меня книжник.
— Третий класс — это как мы плыли, на головах друг у друга?
— Именно! — подтвердил Дарьян. — И, сам понимаешь, с пустыми руками в Поднебесье возвращаться смысла нет, хотя бы на первое время капиталец понадобится. А краткосрочные контракты никто с адептами и аколитами не заключает. Первым на год вербоваться приходится, вторым самое меньшее на полгода. Вот и думай, сколько тут ещё прокуковать придётся.
Я поскрёб затылок.
— А если не вербоваться?
Книжник покачал головой.
— Не вариант. Такими поборами обложат — взвоешь. Тут с этим строго. Без патента на работу даже почесаться нельзя. — Он усмехнулся. — Слышал, многие из тех, кому возвышение и даром не сдалось, вот так втягиваются и остаются. Живут припеваючи, не то что в Поднебесье. Только и головы лишиться проще простого.
— Если кабальный контракт закрыть и на нормальную работу устроиться, риск не так уж и высок, — отметил я. — Ты кадавров можешь делать где-нибудь подальше от передовой. Меня в госпиталь на полторы сотни в месяц возьмут. Надо только не в носу ковыряться, а за книги засесть и патент врача получить, пока денежки копятся.
— А чего сразу не магистра медицины? — усмехнулся Дарьян.
Пошутил, конечно, но я сделал вид, будто воспринял его вопрос всерьёз.
— Учёную степень только в университетах присваивают — не потяну. А врачом стать сложно, но можно. Надо только с проклятиями работать наловчиться. Тогда и в Поднебесье зубы на полку класть не придётся.
На площадке для тренировок я первым делом достал из ранца зачарованное ядро и протянул его товарищу.
— Ну-ка, метни в меня!
Дарьян зябко поёжился.
— Знаешь, как-то больше не хочется в руки эту штуку брать.
Я фыркнул и выудил из ранца пару перчаток, купленных по случаю в городе, но ещё так ни разу и ненадёванных.
— Держи!
Перчатки из пропитанной каучуком ткани пришлись книжнику впору, он с сомнением принял у меня зачарованное ядро и взвесил его в руке.
— Вроде, раньше немного легче было?
Я пожал плечами.
— Не знаю. Кидай!
Закрыл глаза и тут же предельно чётко ощутил магические искажения.
Отторжение! Удар!
Ядро я перехватил чище некуда: одним приказом притормозил его, другим шибанул сверху вниз и впечатал в землю. Столь же легко справился во второй и третий раз.
— Да как так-то? — не сдержал удивления Дарьян.
— Гармонию обрёл.
— А-а! — протянул книжник. — Я тоже, но мне для этого в транс входить нужно. Зато… — Он расставил руки в стороны, и тотчас из-под обшлагов выползли костяные наросты, обернувшиеся мелкими звеньями серой кольчуги. — Я две сотни на прожиг второго исходящего меридиана потратил и аркан магических лат до ума довёл!
Костяная рубаха прикрыла ноги до середины бедра, после серым чулком затянула шею. На мою кирасу она нисколько не походила, и я озадаченно хмыкнул.
— Как-то несерьёзно выглядит.
— А ты попробуй ударить! — разрешил Дарьян.
Я подступил и саданул кулаком ему под дых, отбил руку — книжнику хоть бы что.
— Пулю держит! — похвастался тот. — И на четверть часа хватает!
— Молодец! — похвалил я товарища и спросил: — А чего второй меридиан прожёг, а не ядро сформировал? Денег бы, поди, хватило!
Дарьян скривился, будто лимона откусил.
— Три тысячи! — объявил он. — За формирование ядра с меня три тысячи запросили!
— Ну ничего себе расценки! — присвистнул я.
Книжник отмахнулся.
— Фигу им, а не три тысячи. Сам ритуал просчитаю! Силы, вон, полный омут под боком!
Я покачал головой
— Ну не знаю, не знаю! Наш тебе едва ли подойдёт.
После кровавого ливня омут не только изрядно обмелел, уменьшившись в размерах, но и начал день ото дня наполняться багрянцем. В его пределы мы больше не заходили, но изменения были столь очевидны, что их удавалось различить даже со стороны.
Книжник отмахнулся.
— Не этот, так другой сгодится! Да и в Поднебесье формирование ядра самое большее в тысячу встанет. Не собираюсь в три раза переплачивать!
— Тебя на кой чёрт обратно к пластунам отрядили? — спросил я. — Что сказали?
— А что они могли сказать? — вздохнул Дарьян. — Надо — и точка. Самому-то много объясняют?
Я покачал головой и начал вбирать в себя небесную силу.
— Видел, сюда ревнителей солнца перевели?
Книжник кивнул.
— Видел, ага. Всё к тому идёт, что скоро нас в мясорубку бросят.
— Нас — бросят. Не вас.
— Пф-ф! — фыркнул Дарьян. — А ходячих мертвецов кто в бой погонит, как думаешь? Уж точно не мастера! Меня, может, поэтому и натаскивают, чтоб в бою сразу не ухлопали.
Я спорить с ним не стал, закрутил на ладони огненный сгусток, после какое-то время дополнительно напитывал его воспламенением, а затем обволок отторжением и метнул в кучу валунов.
Вспыхнуло! Хлопнуло!
— Быстро ты! — поразился Дарьян.
— Не так уж и быстро, — вздохнул я и вытер с лица пот.
