Плыли мы до позднего вечера, ели на плотах всухомятку, к берегу причалили уже только в темноте. Врубились в джунгли, побрели по болоту неведомо куда и вскоре вышли к ещё одной реке — заметно шире прежней. Там сориентировались на местности и отошли от воды, встали лагерем на сухом месте. Кукла в сопровождении своих мартышек и парочки пластунов скрылась в джунглях, следом улетел филин, а мы остались их ждать. Попутно надели кирасы, занялись подгонкой снаряжения и проверкой оружия. Заодно каждый сделал по глотку зелья для улучшения ночного зрения, каждый — только не я. Не могу сказать, будто стал видеть в темноте так уж значительно лучше прежнего, но и проверять, восстановился ли организм после отравления алхимией в приюте, у меня никакого желания не было.
Немного погодя вернулась парочка пластунов, Франт выслушал их и объявил:
— Готовимся работать!
За время ожидания Клюв успел расчистить от травы небольшой клочок земли, хорошенько утоптал его и взялся чертить ножом схему поселения. Для начала он изобразил берег бухты, песчаную косу, пристань, какой-то длинный сарай и пяток хижин, попутно воткнутыми в землю спичками отметил позиции караульных.
Мёртвый филин прекрасно видел в темноте, разведку дохлая птица провела лучше любого пластуна, ещё ряд деталей добавила на план вернувшаяся Кукла. Урядник всё внимательнейшим образом изучил, и принялся раздавать приказы, перво-наперво велев мне ни в коем случае не лезть вперёд, дабы не мешать другим и не поймать, как он выразился, «своей дурной башкой» случайную пулю.
— Невольницы не должны пострадать! — напомнил священник.
Франт кивнул.
— Всех уже предупредил, — подтвердил он и сказал: — Штурм начнём сразу, как только подойдёт яхта.
Один из младших урядников с сомнением огладил короткую бородку.
— Сыпанут с неё из картечниц, придётся лихо.
Клюв сухо рассмеялся.
— Не сыпанут! Моя забота!
— А если яхта уйдёт, то приз потеряем, — заметил командир другого десятка. — Снесёт в море, и поминай как звали!
— Не поднимут они якорь, не беспокойся, — уверил подчинённого Франт. — Расстояние аховое, с верхней палубы всех стрелки Кривого сгонят, а там и Поплавок со своими людьми подтянется.
Хомут откашлялся и спросил:
— Не принесут рабов в жертву? Призовут ещё какую пакость…
Пластуны поглядели на него неодобрительно, но Франт всё же счёл нужным отметить:
— Покупатели товар на берегу дожидаются, а на борту чернокнижников быть не должно. Но если какая лодка к яхте поплывёт, стрельцы в ней всех положат.
— И я подсоблю! — добавил Клюв.
— А ты не распыляйся! — приказал урядник. — На тебе яхта!
Он начал чертить на земле стрелки, показывая кому, куда и каким маршрутом следует выдвигаться, затем пластуны парами и тройками стали уходить в джунгли, дабы разведать подходы к поселению, их неизменно сопровождал один из колдунов. Мы — нет. Сидели и не отсвечивали.
Кто-то из бойцов в итоге после возвращался в лагерь, кто-то оставался в лесу. Клюв время от времени перемещал спички или даже втыкал в схему новые, в результате набралось с дюжину человек.
— Это только местные, покупателей пока нет, — решил отец Истый и нахмурился. — А пора бы уже объявиться!
— Рано! — отмахнулся Франт. — Ночь впереди, успеют подтянуться. Всё, отдыхаем!
Костров никто разжигать, разумеется, не стал. Выбрали места посуше, проверили траву, завернулись в одеяла. Устал я как собака, но сна не было ни в одном глазу. Лежал, вслушивался в тихие шорохи и звуки ночного леса, думал.
Дюжина «местных» и экипаж яхты — это одно дело, но если вдобавок нарисуются покупатели, то придётся полагаться исключительно на одну только внезапность. Тогда малейшая случайность весь план перечеркнуть сможет.
И ведь никто даже словом не обмолвился, с кем придётся столкнуться!
Из полудрёмы вырвал негромкий шепоток духолова.
— Плывут! — объявил Клюв и беззвучно зашевелил губами, а потом открыл глаза и заявил: — Четыре лодки, двадцать человек!
Франт не сдержался и коротко ругнулся.
— Какого чёрта, отче? — обратился он после этого к священнику. — О том, что придётся устраивать войну, речи не шло!
Отец Истый развёл руками, на его округлой физиономии не отразилось ни тени смущения.
— Береговой охране заплатили за провоз полудюжины невольниц по особому заказу. В толк не возьму, зачем сюда такая орава пожаловала.
— Краснокожие решили захватить яхту? — предположил один из младших урядников. — Или сами обмана опасаются?
— Не важно! — отмахнулся Франт и уставился на священника. — Ну и что будем делать, отче?
Отец Истый мягко улыбнулся.
— А что тут можно сделать? Товар не должен достаться покупателям. Для нас это принципиально, а вы гарантировали результат. Так?
— Так! — нехотя подтвердил урядник. — Но обстоятельства изменились! И это ваш информатор дал маху, не наш!
— Поздно идти на попятную! — отрезал священник.
Франт оскалился.
— Не о том речь! Полдюжины невольниц и приготовленная за них плата — ваши, но очень похоже на то, что только ими дело не ограничится, поэтому всё сверх оговоренного — наше!
Тут уже принялся буравить взглядом собеседника отец Истый.
— Яхты и награды за скальпы вам мало?
