Голова вновь пошла кругом, но я успел сотворить огненный шар прежде, чем смолкла стрельба и антиподы ринулись в рукопашную. Приподнялся на локте и метнул в них свой взрывной аркан, а миг спустя громыхнуло! Взвилось и расплескалось меж деревьев жгучее пламя, меня качнуло и самую малость оглушило, а следом словно всего ледяным ветром насквозь протянуло.
Холодно!
Подоспевший Клюв наколдовал облако густого тумана — то накрыло нападавших, и выстрелы разом смолкли. Из рук духолова выскочило по костяному клинку, он с разбегу перескочил через прикрывавшее меня дерево, и во всю глотку гаркнул:
— Режь!
За ним кинулся очухавшийся после удара копьём Край, а миг спустя в белом мареве с саблей наголо канул и Хомут. Я — замешкался. Мелькнула мысль отсидеться, но почти сразу донёсся шум сшибки, пришлось поспешить за остальными с ампутационным ножом в левой руке и револьвером в правой.
Магический туман оказался непроницаем для взгляда лишь со стороны, внутри всё виделось лишь слегка размытым, да ещё начисто лишённым красок. Колдовское марево путало и скрадывало расстояния, сослуживцы попросту растворились в нём, сгинув неведомо куда. Я рванул вдогонку, но только миновал обугленное тело, валявшееся среди обгорелых кустов, и столкнулся с антиподами.
Парочка краснокожих воинов вынырнула из-под деревьев и бросилась в атаку, только двигались они как-то очень уж медленно, словно прорывались через толщу воды. Завитки тумана скручивались вокруг них в белые полосы, опутывали руки и ноги — мешали, но окончательно обездвижить не могли.
Отторжение!
Прикрылся магическим барьером я за миг до того, как один из аборигенов превозмог тяжесть чар, поднял руку и пальнул в меня из револьвера раз и другой. Дальше боёк впустую защёлкал по стреляным капсюлям, моя сотворённая впопыхах защита приняла на себя обе пули и остановила их, но при этом потеряла стабильность и начала рассыпаться. Я оскалился, рывком втянул в себя небесную силу и тут же выбросил её вовне.
Удар!
Вырвавшегося вперёд с саблей наголо краснокожего прикрыл защитный амулет, мой коронный огненный аркан впустую разлетелся ворохом оранжевых искр. Руку дёрнуло отдачей, я невольно зашипел от боли, а дальше магический туман начал стремительно редеть, его щупальца соскользнули с антиподов и перестали сковывать их движения. Бойцы шарахнулись в разные стороны, намереваясь взять меня в клещи, и я спешно пальнул в ближнего. Удачным попаданием прострелил краснокожему грудь и перевёл ствол на другого. Рывком взвёл курок, потянул спуск — осечка!
Антипод вмиг оказался рядом и замахнулся выхваченной из ножен саблей, а небесной силы во мне — ни на грош! Судорожное усилие обернулось головокружением, но всё же удалось вобрать в себя какие-то крохи энергии и прикрыться отторжением. Магический барьер малость притормозил черноволосого крепыша, и этой его мимолётной заминки хватило мне, чтобы перехватить взгляд и надавить своей волей.
Шарахнулся в сторону, и — сработало! Отвёл взгляд!
Противник потерял меня из виду и наугад рубанул саблей воздух, я скользнул ему за спину и со всего маху ткнул под левую лопатку ампутационным ножом, но из-за спешки остриё лишь распороло мышцы, после чего упёрлось в рёбра и соскользнуло, оставив длинную и неглубокую рану. Антипод взревел и крутанулся на месте. Предугадывая это его движение, я отскочил, точнее — попытался. Что-то попалось под ногу, ступня подвернулась, и тут же в грудь угодила сабля.
Клинок высек искры из кирасы, и хоть доспеха не пробил, я всё равно не устоял на ногах и рухнул навзничь. Тут же откатился в сторону, уходя от второго удара, антипод вновь замахнулся, с веток ему на плечи спрыгнула дохлая мартышка. Она без промедления всадила зубы в шею, краснокожий взвыл и попытался сорвать с себя кадавра, а я без затей шибанул его ударным арканом — до предела разогнанным и лишённым всякой стихиальной составляющей.
Лови!
На миг почудилось, будто саданул кулаком по кирпичной стене, но моё заклинание всё же отбросило антипода, пусть при этом и не причинило ровным счётом никакого вреда.
Драные амулеты!
Оружие я обронил при падении, но револьвер обнаружился на расстоянии вытянутой руки. Я дотянулся до него, взвёл курок и поймал на прицел своего защищённого от магии противника. Осечки не случилось, пуля угодила точно в лоб, голова краснокожего мотнулась ровно от удара молотком, антипод замертво повалился на землю.
Мартышка бросила терзать зубами его шею и злобно оскалилась, но сразу соскочила с безжизненного тела и умчалась в темноту. Взамен неё из-за деревьев появился духолов.
Клюв огляделся и раскинул руки в стороны, заставил осыпаться серым прахом магические клинки.
— Всё! — заявил он, шумно перевёл дух и приложился к фляжке с ромом; кадык на худой шее так и заходил.
Туман окончательно рассеялся, вслед за ним схлынул и переполнявший меня до того азарт. Пропоротый бок резануло острой болью, мелькнула мысль избавиться от кирасы и осмотреть рану, но перво-наперво я поднялся и крикнул:
— Хомут! Ты там живой?
— Живой! — отозвался младший урядник откуда-то из темноты. — Край! Помоги с рукой!
