Уставшие от мошенников барамуки провели демонстрацию протеста, после чего Верховная разработала закон о торговле корками. За мошенничество с корками предусматривались различные штрафы в виде тех же корок, а также долек, мер наказания в виде битья, и даже сроков, на которые виновные лишались права участвовать в делении апельсинов. Этот закон соблюдался очень чётко, и даже мелкие нарушения разбирались с особой щепетильностью. Ибо правовое общество на то и правовое, чтобы права участников в нём соблюдались неукоснительно. И закон этот никаких поблажек не давал не только ни одной барамуке, но и даже разделюкам и самой Верховной, правда теоретически, т.к. высшие классы корки не воровали и прецедентов привлечения их к ответственности за это быть не могло. Что ещё раз, кстати, доказывало высоту морали и правосознания общества, где высшие классы демонстрируют свою безукоризненную честность.
Строже всего закон подходил к воровству апельсинов: за него полагался вполне серьёзный мордобой. Но поскольку барамуки обычно большим числом делили между собой одну дольку, то украсть целый апельсин друг у друга они не могли невозможно по причине его отсутствия. Поэтому этот закон в основном относился в защите собственности более привилегированных классов. Но даже среди разделюков это положение встречало полное согласие и понимание: ведь перед законом все равны, а за большее преступление ответственность должна быть выше, разве это не справедливо?
После введения закона о корках размах преступлений в области корконадувательства заметно поубавился, и у многих поотпал резон ими заниматься. За что все честные корочники были благодарны властям, и по этому случаю стали меньше на них возмущаться.
Расцвет корковой индустрии снова пошёл в гору, и барамуки погрузились в мир корковых увлечений. Корки так полюбились барамукам, что многие из них стали придумывать им разные ласкательные названия. Корки, коры, корочки, корушечки, корушенечки, корешочки, и ещё много разных других названий вместил великий и могучий демократический язык.
Однажды у Умеющей Считать до Бесконечности случился какой-то очередной спор с барамуками, на что одна имевшая очень много корок барамука спросила:
– А если ты такая умная, то где же твои корешки?
– Мои, простите, что? … – перепросила Умеющая Считать до Бесконечности.
– Ничего ты не смыслишь в этой жизни! – усмехнулись барамуки, – Корешки – это корки. Корочки, коры, корешочки – понимаешь?
– Понимаю, – сказала Умеющая Считать до Бесконечности, – Только зачем потребовалось придумывать новое слово для обозначения того же самого?
– Ничего ты не смыслишь в этой жизни, – ответили ей, – корками корки только лохи называют. А продвинутые обезьяны называют их корешками!
– Ну что ж, буду знать, – усмехнулась Умеющая Считать до Бесконечности, а потом добавила: – Так если вы такие продвинутые, то где же ваши апельсины?
На это барамуки тоже ничего не ответили, и каждый остался при своём. Однако, в следующий раз они снова спросили Умеющую Считать до Бесконечности:
– А если ты такая умная, то где же твои листики?
– Мои, простите, что?
– Вот ты ископаемое! – ответили ей, – Все продвинутые обезьяны знают, что такое листики!
– А я-то думала, что для того, чтобы быть продвинутой обезьяной, достаточно знать, что такое корешки… – ответила она ироничным тоном.
– Да ты не догоняешь! – ответили ей, – Листики – это корочки!
– А чем же вас не устроило слово «корешки», которое так выгодно отличало от лохов продвинутых обезьян? – спросила она.
– Да ты реально не вдупляешь! – распалялись они, – Корешками корки называют только дешёвые понтовщики, которые только пытаются косить под продвинутых, а реально крутые барамуки называют корки только листиками. Запомни это!
– Хорошо, буду знать, – ответила Умеющая Считать до Бесконечности, и пошла по своим делам.
В последующие же разы ситуация снова повторилась много раз и каждый с новыми названиями, и так Умеющая Считать до Бесконечности ознакомилась с понятиями: лепестки, скорлупки, семки, феньки жмяньки, шелушки и верхушечки, и каждый раз оказывалось, что всех предшествующих слов не хватало для выражения всех тонкостей понимания дела. Когда она устала запоминать всё то, что вмещает в себя выносливая барамучья голова, она воскликнула:
– Сколько же в вас креативной энергии, которая плачет по нужному делу!
– А какое ещё нужное дело-то быть может? – с удивлением спросили барамуки.
– Самое нужное дело – это обозначить понятия тех приёмов, посредством которых вас обворовывают! – ответила она.
– А кто нас обворовывает? – спросили барамуки – все наши верхушечки при нас! А если кто посмеет их украсть, то наш Закон надёжно защищает нашу собственность!
– Ваш закон защищает не вашу собственность от воров, а собственность ваших воров от вас! – ответила Умеющая Считать до Бесконечности.
– О каких ворах ты говоришь? Разве ты не знаешь, что в нашем Обществе уже давно беспрепятственно воровать нельзя! Ты реально отстала от жизни!
