— Я не знаю, как это получилось и какой сбой произошел в базе данных GS, но в первом отчете, в том, который я видела, значилось, что настоящее имя Освальда Гарибальди — Марко ди Аморо, он был одним из помощников Мегеры и погиб за полгода до нашей встречи, — едва слышным шепотом поведала красноволосая. — Что скажешь?
— Я видела только второй отчет, — быстро ответила Карифа.
Настолько быстро, что ложь стала очевидной.
— Пожалуйста, скажи правду, — попросила Рейган. — Неужели после всего, что между нами было, я не заслуживаю правды?
— Может, хватит на сегодня? Ты уже получила свою дозу истины.
— Пожалуйста.
Но Амин покачала головой и деловым тоном произнесла:
— Правда поставит тебя под удар, а я этого не хочу.
— Больнее, чем сейчас, мне уже не будет.
— Пожалуйста, не возвращайся к нашим отношениям.
— Карифа, я хочу знать!
И по ее тону Амин поняла, что подруга не отступит. Не получит ответ — начнет искать сама и обязательно погибнет, поскольку в большой игре самодеятельность пресекают мгновенно и очень жестко. И если она сейчас промолчит, то скоро узнает, что подруга "попала под поезд метро"…
— Правда заключается в том, что грядет новый мир, Рейган. Новое общество, новые законы, по сути — новая цивилизация, — медленно рассказала Карифа. — Люди, которые встанут во главе этого мира, обретут абсолютную власть.
— Большую, чем у них есть сейчас?
— Абсолютную, — Амин вышла из кабинки, задержалась у зеркала и посмотрела на линию губ, убедившись, что с ней все в порядке. Хотела выиграть время на то, чтобы из правды, полуправды и лжи состряпать ответ, который удовлетворит проницательную подругу. — Новый мир будет построен на новой технологии, но группе хакеров удалось ею завладеть, и сейчас их пытаются достать. Освальд Гарибальди не был убит ни осенью — военными, ни в июне — нами. Он дважды показал кино и скрылся. Но ты должна забыть все, что я тебе сказала.
— Какое кино?
— Такое, которого не было в действительности. Гарибальди вышел из такси, отошел на безопасное расстояние и взорвал его. А мы ничего не видели.
— Они научились создавать дополненную реальность столь высокого уровня? — прошептала изумленная Рейган.
— Больше не думай об этом, — посоветовала Амин. — Забудь.
Долго, почти минуту девушки молчали, то ли обдумывая разговор, то ли мысленно прощаясь, а затем красноволосая вздохнула:
— Ты можешь выбить мне короткий отпуск? Хочу съездить к матери.
— У тебя с ней были проблемы, — вспомнила Карифа.
— Сейчас это не важно, — ответила Рейган. — Она олдбаг, повсюду suMpa, и я хочу ее видеть.
— Я выпишу тебе командировку и обеспечу полную поддержку GS.
— Спасибо, — с чувством произнесла красноволосая.
— Это самое малое, что я могу для тебя сделать, — негромко сказала Карифа, поворачиваясь к двери. — Я надеюсь, что ты сможешь обрести свое счастье, Рейган. Но без меня.
Трудно, почти невозможно отыскать на Земле два абсолютно одинаковых города. И если уж средневековые европейские городишки, с узенькими улочками, крепостными стенами или без оных и обязательным собором на главной площади подчеркивают собственные лица, желая хоть чем-то отличаться от соседей, чего говорить о крупных мегаполисах, каждый из которых претендует на титул самого известного поселения планеты? И пусть современные архитекторы шедевров не возводили, предпочитая проектировать утилитарные бетонные колоссы, в первую очередь практичные и в последнюю — красивые, города все равно отличались друг от друга. Нью-Йорк не спутаешь с Чикаго, Шанхай — с Сайгоном, Токио — с Москвой, а Париж — с Лондоном или Берлином. Власти старались убирать совсем безликие строения на окраины, изо всех сил берегли исторические центры и добились своего, придав каждому мегаполису отличный от других облик.
Но в outG все они выглядели одинаково: коллекторы и трубы канализации, тоннели и недостроенные станции метро, заброшенные парковки, древние подземные ходы и катакомбы. В outG превращалось все, до чего не добивал сигнал тотального ar/G, а норы одинаковы и в Лондоне, и в Мадриде.
— Воняет, — поморщился Ли Хаожень, поглядывая на приоткрытую дверь в соседнее помещение — назвать эту грязную и сырую камеру комнатой язык не поворачивался. — Обычно в канализациях не так противно.
— А ты не принюхивайся, — посоветовал Бобби Челленджер.
— Можно подумать, тебя вонь не трогает.
— Фильтры, — толстяк продемонстрировал китайцу извлеченные из ноздрей устройства, выдержал паузу и предложил: — Если хочешь, могу поделиться.
— У тебя есть запасные?
— Возьми эти.
— Нет, спасибо, — со вздохом отказался Ли.
— Как знаешь, — Бобби вернул фильтры в ноздри и подмигнул Хаоженю. — Теперь я тоже заметил, что здесь воняет сильнее обычного.
Китаец поджал губы, помолчал и поинтересовался:
— Он явился?
— В соседней комнате.
Ли вновь бросил взгляд на приоткрытую дверь, на этот раз — с опаской, и понизил голос:
— Он нас слышит?
— Я велел ему не подходить к двери.
— Он послушает?
— Да, — коротко ответил Бобби, и Ли ему поверил.
