– Я и не отрицаю, что за Барби охотится какой-то демон, – сказал Бруно. – Но точно не Румпельштильцхен. Эльза обожала страшные сказки и просто взяла этот сюжет из книги, чтобы оправдаться перед Ингрид, а впоследствии – и перед тобой. Представила меня злым королём, а себя – дочкой мельника, запертой в башне. Очень в духе Эльзы, доложу я вам!
– Но зачем ей это понадобилось? – спросила Барбара. – Ведь вы утверждаете, что любили друг друга!
На минуту разговор прервался – в комнату вошла домработница с подносом в руках. На столе возник заварочный чайник, чашки и вазочки с орехами, конфетами и фруктами. Когда женщина ушла, Бруно взял чашку и продолжил:
– Видишь ли, с твоим появлением Эльза очень изменилась. Лишь со временем я понял, что за её милыми странностями, чудачествами скрывалось настоящее безумие. И магические способности не могли ей здесь помочь. Наоборот, они превратили это в настоящую проблему.
– И в чём же выражалось её безумие? – уточнила Барбара, хотя примерно догадывалась, к чему клонит отец.
– Эльзе мерещилось, что тебе что-то угрожает. Все эти опасности, само собой, были вымышленными. Сначала она увешивала твою колыбель защитными амулетами. Изгоняла злых духов благовониями и ритуалами. Потом проклятых талисманов в детской комнате стало больше, чем твоих игрушек! Барбара, я видел, что это переходит в настоящую манию. Поэтому однажды собрал всю эту дрянь в мешок и отнёс на помойку.
Барбара кивнула. Она знала свою мать, и то, что говорил Бруно, очень походило на правду. Гиперопека – второе имя Эльзы Вернер. Но всё же одна вещь не давала Барбаре покоя: да, мать вела себя странно. Да, она перевозила Барбару из одного места в другое. Но – факт оставался фактом! – за ними и в самом деле гонялся демон, круша всё на своём пути! Если мать всё выдумала, то что это такое?! Откуда взялся Румпельштильцхен?
Тем временем Бруно Вернер продолжил свой рассказ:
– Естественно, с Эльзой случилась истерика! Она заперлась у себя на чердаке и не выходила оттуда пару дней. А когда соизволила спуститься, с ней был пёс.
– Что? – не поняла Барбара. – Какой ещё пёс?
– Чёрный, страшный. Я не понимал, откуда эта зверюга взялась. А твоя мать заявила, что он будет жить в детской и охранять тебя. Конечно, я не мог такого допустить! Я вошёл в комнату, чтобы вышвырнуть это кошмарное животное на улицу. Пёс лежал у твоей кроватки, и когда я приблизился, он… превратился.
– В кого?!
– В демона! Он поднялся на задние лапы и обернулся самым настоящим чёртом, с рогами и копытами. Это чудище бросилось на меня и укусило. Вот, смотри…
Бруно оттянул воротник свитера, и Барбара увидела шрамы, явно оставленные острыми зубами.
– На мои крики прибежали охранники и, увидев в спальне какую-то чёрную тварь, разрядили в неё минимум две обоймы.
– Я так понимаю, это не помогло? – мрачно предположил Рудольф.
– Частично помогло. Демон утратил свой облик, стал медленным и неповоротливым. Это оказалась кукла, собранная из кусков гнилого мяса, частей животных и птиц, сшитых грубыми нитками. Эта тварь воняла, и из неё лезли черви!
Барбара поймала взгляд Рудольфа – конечно, они думали об одном и том же. Те самые поляроидные снимки, найденные в абонентском ящике Эльзы Вернер, подтверждали слова её бывшего мужа.
Барбара извлекла фотографии из сумки и протянула их отцу:
– Смотрите, что мы обнаружили в маминых вещах. Думаю, вы говорите как раз об этом.
Бруно Вернер с отвращением уставился на фотографии, а затем отвёл взгляд:
– Да, очень похоже.
– Эту тварь фрау Вернер создала, чтобы ограбить одну церковь в Чехии, – сообщил Рудольф. – Ей нужны были святые мощи.
– А моя дорогая супруга не скучала. – Бруно вернул фотографии Барбаре и вытер пальцы о салфетку: – Как видишь, твоя мать умела создавать подобную мерзость и оживлять при помощи чёрной магии. А может, это её врождённый талант, кто знает!.. Я понимал, что Эльзе надо лечиться. И разумеется, забыть про колдовство. Но прежде чем я успел что-то предпринять, она сбежала и забрала тебя с собой. Все эти годы я искал вас, но Эльза отлично пряталась.
Пазл начинал складываться. Рождение Барбары повлияло на мать так сильно, что она стала использовать свои магические способности на полную катушку. А когда почувствовала угрозу от родственников, просто прекратила с ними всякое общение и сбежала. Тогда получается, что Румпельштильцхен – это её собственное творение. Возможно, она создала эту тварь, чтобы придать своему вранью убедительности. Возможно, хотела с его помощью припугнуть Барбару, показать ей настоящего демона, раз уж та выросла и перестала верить в страшные сказки. Но если матери больше нет, то как остановить череду убийств?
– Кажется, я наконец всё поняла… – произнесла Барбара. – Румпельштильцхена создала мама. Я не знаю, чего он от меня хочет, но знаю одно – он не остановится.
– Здесь ты в безопасности, – попробовал успокоить её отец. – У меня отличная охрана.
