– Дьявол. Сам Сатана пришёл к девятнадцатилетнему Роберту с помощью. Он взял гитару музыканта, настроил её и растворился на месте. Тогда и произошло перерождение, двадцатый век получил лучшего блюзмена. Только вот плата за талант не была озвучена. Транслируя миру свою невероятную музыку, Роберт прожил до двадцати семи лет и был убит. До сих пор ходят легенды о месте нахождения его тела. Возможно, дьявол просто забрал его в преисподнюю. Только вот это не было завершённой платой. У дьявола всегда есть лазейка для более широкой цели. Смерть Роберта Джонсона открыла портал для других талантов будущего. Выдающиеся музыканты последующих поколений оказывались под прицелом и в возрасте двадцати семи лет умирали. Заработало адское проклятие! Появилась теория о Клубе 27, основанном Сатаной. Но любое учреждение можно закрыть, чего мы и добиваемся.
– Доводя других до самоубийства? – прошептал я обессиленно.
Агата начала раздражаться:
– Ну какая же отвратительная черта у тебя – делать выводы раньше времени, обвинять всех подряд и истерично срываться на людей! Говорю же, дело совсем в другом. Я познакомилась с Амалией, Анной и Эллой на концерте блюзовой группы в маленьком клубе на севере города. Как обожательница Роберта Джонсона, я искала подобные мероприятия. Сейчас такой музыки практически не услышишь. Я поделилась с ними историей своего кумира, и мы разговорились. Было ощущение, что все знакомы друг с другом вечность. Дьявол забрал лучшее из этого мира, для нас это было высшей несправедливостью.
Анна достала новую карту. Семёрка жезлов, изображён человек, сажающий семь молодых деревьев.
– Всё-таки бог не мог позволить злу продолжать забирать музыкальных гениев. – Голос Агаты обретал нотки таинственности. – Он выбрал нас, семерых своих апостолов, которые прекратят этот ужас. Каждый из нас поклонник одного из членов Клуба 27. Мы чувствуем их кожей и внутренностями. Мы их воплощения здесь. Бог вырвал души Роберта Джонсона, Брайана Джонса, Джими Хендрикса, Дженис Джоплин, Джима Моррисона, Курта Кобейна и Эми Уайнхаус из ада и переродил в настоящем времени, чтобы всё прекратилось.
Я ещё не понимал, к чему конкретно она ведёт, каким способом они свою придуманную больными мозгами миссию совершают, но определённо эти люди гораздо опаснее, чем может показаться. Жужжание продолжалось, боль вытеснялась за грани ощущений, ум заставлял ждать и оценивать ситуацию, хотя услышанная теория о Клубе провоцировала реакции протеста.
Анна продолжила свой расклад. Старший аркан «Маг». Каждая карта будто шла метафорическим сопровождением слов Агаты.
– Мы не узнали бы ничего без Эллы. Она больше, чем психолог. Чувствует и видит невероятные вещи. Её опыт работы с людьми, развитые десятые, одиннадцатые, двенадцатые и неизвестно ещё какие по счёту сверхчувства открыли нам истинное понимание предназначения. Однажды наша группа собралась для эксперимента. Мы хотели выяснить, почему каждый из нас так связан со своим кумиром, почему именно нас семерых Вселенная перезнакомила и собрала, пусть даже некоторых с помощью денег!
Агата строго посмотрела на Аллана и Зиф. Они ничего не слышали, потому что начали вытаскивать из-за белой двери небольшие мешки. Движения Рюдгера и жжения переместились на правую часть спины.
Анна достала двадцать второй аркан «Суд». Семь человек смотрели наверх, возведя руки к небу, где, сидя на облаке, трубил ангел. Элла встала позади рассказчицы и обратилась ко мне:
– Лиам, ты ведь понимаешь, о чём речь. На групповой терапии мы проводили разные расстановки ситуаций в пространстве. Назначали роли и проигрывали историю, делая последующие выводы и вынося уроки, помнишь?
Я смотрел на неё в упор и не реагировал. Часто психологу не нужно давать вербального ответа, всё понятно и без слов.
– Так вот. Подобную психотехнику я решила развить. Ведь можно было перейти на работу в глобальных категориях, выискивать планы решения мировых проблем, помогая всему человечеству очиститься. Мы разыграли что-то типа психодрамы. Каждый из нас получил разные роли: Аллан был дьяволом, Агата смертью, Зиф олицетворяла Клуб 27, Анна была назначена способом освобождения музыкальных гениев от проклятия, Амалия богом. Я выступала ведущей. Четыре часа мы проживали эти роли и искали верное решение. В конце концов Анна впала в глубочайший транс, взяла свои карты и начала раскрывать нам идею бога. Нужно было отмотать цикл ухода музыкантов назад. Просто повторить похожие смерти в обратном порядке, выбирая жертв без мирового имени, приблизившихся к двадцатисемилетию.
Во рту пересохло, и я понял, что давно уже не дышу. Никакая боль меня больше не трогает. Я погрузился в фанатичный бред и будто увидел всё их глазами. Сам вошёл в роль неизвестного соратника и прочувствовал весь идиотизм этой шайки. Чуть не возник стокгольмский синдром. Они искренне верили в свою якобы миссию, и нет никаких шансов вернуть их в адекватность.
