Она старалась не смотреть на мёртвые тела. Убитые фоморы — это убитые фоморы. Они чудища и вообще — исконные враги, способные только к разрушению, убийствам и пожиранию всего на своём пути. Да и выглядят уродливо! А тут — молодые, сильные мужчины… Габриель впервые видела столько трупов и крепилась изо всех сил, хотя ей приходилось очень нелегко.
— Вот следы босых ног! Взгляните — большой палец на некотором расстоянии, вот — явные отпечатки роговых пластин, они у зеленокожих на ступнях… И лошадок они тащили за собой.
— Орки? — не поверил гном. — Орки напали на аристократов-орра и победили? Не-е-е-ет, бредятина какая-то. Орки — это туповатое быдло, куда им!
— Тогда какого чёрта против этого быдла во время Отлива у границ Наковальни Солнца Аквила держат чуть ли не армейский корпус? — поднял бровь Аркан.
— Резонно, — признал Ёррин. — Что делать-то будем?
— Двигаться в Преторию, — пожал плечами Рем. — Но сначала — этих похороним. И вот ещё что: ищите медальоны. Южане любят носить медальоны, такие жетончики на цепочке, где пишут фамилию своей семьи и город или посёлок, откуда они родом. Встретим кого-то из местных — отдадим. Пусть разбираются. И, Габи — полезай на крышу фургона, мне не хочется, чтобы нас застигли врасплох те, кто перебил этих парней…
Буревестник и Сверкер взялись копать могилу — одну на всех. Южане хоронили своих покойников, а не сжигали, так что и Аркан решил поступить так же. К тому же — дров для такого гигантского погребального костра вокруг найти было невозможно. Герцог, который орудует короткой дорожной лопатой? Ничего удивительного, если учитывать легенду о происхождении семьи Арканов: их предок во время Прибытия
Ёррин рыхлил жирную, плотную землю Юга киркой, Аркан — выбрасывал из ямы лопатой. Работа спорилась, и яма уже была приличной глубины — в половину человеческого роста, — когда Зайчишка звонким голосом прокричала:
— Там кто-то едет! Но это не орки, это — телега! В ней — мужчина, человек!
С целой горстью медальонов-жетонов Рем вылез наружу, воткнул лопату в землю и взялся за рукоять меча: мало ли!
Телега мчалась к стоянке патруля, подпрыгивая на кочках, грива у серой лошадки развевалась, мужчина в белой рубахе, который восседал на облучке, грязно ругался и размахивал над головой кнутом, хотя в этом не было вовсе никакой необходимости.
Чем ближе к путникам он оказывался, тем отчётливее становилась видна его коротко стриженная голова, длинная борода — чёрная с проседью, яркие голубые глаза… Это был типичный представитель южан-простолюдинов, настоящий орра, плоть от плоти и кровь от крови Юга.
— Мать-мать-мать! — орал он. — Вашего дядю и вашу тётю, всех бабушек, племянницу и двоюродную золовку! Скорее, скорее, орра, орки напали на Лоусон! А! Мать-мать-мать! А где… А вы кто?
Лошадка ещё не успела остановиться, когда он спрыгнул с облучка и побежал к выложенным в ряд мёртвым аристократам, дёргая себя за бороду и ругаясь так, что дьявол в Аду от стыда, должно быть, закрывал уши рогами. За спиной у южанина-орра болталась широкополая серая шляпа.
— Это вы их? — недоверчиво спросил он, глядя на гнома и человека. — Орра, это был наш патруль, не надо было так, кто же теперь убьёт орков?
— Это орки, — пояснил гном. — Орки убили их до нас. А до этого эти твои кавалеры — они немножко начали убивать друг друга.
— Мать-мать-мать! — заорал южанин. — Я их ненавижу! Я плюю на них и на их могилы! Грёбаные аристократические пи… ублюдки! Просто скажите: тут пахло ча или ко?
— До сих пор пахнет, — кивнул Аркан. — Расскажите, в чём, собственно…
— Что? А! Толпа орков напала на Лоусон, это в трёх верстах, на опушке леса! Я увидел с холма — и рванул к патрульным, думал — они опять жрут вискарь и играют в карты, ан нет — эти волосатые кавалерчики решили поубивать друг друга из-за напитков! Мать-мать-мать, их бабушку и сестёр, какие тупицы!
Гном с видимым одобрением смотрел на южанина: явно разглядел в нём родственную душу.
— Люди заперлись в домах, орки ломятся внутрь, разбирают крыши… Там банда рыл в тридцать, если бы патруль на помощь пришёл, так мужчины бы тоже из домов вышли и совместно бы всерьёз наподдали, но…
— А сколько мужчин в этом Лоусоне? — решил уточнить Рем, обмениваясь с гномом понимающими взглядами.
— Полтора десятка точно будет, посёлок зажиточный, хозяева справные, но мы народ простой, мы в строю воевать приучены, а вот так, да с толпой орков… Несподручно! А из латифундии помощь не торопится, да и откуда ей торопиться: небось орки там всех выпотрошили! Это ведь орки с клеймом Галахеров, так что там точно все мертвы, мать-мать-мать, и всё пылает, и все бабушки ихние, и сёстры, и тёти, и золовки с невестками, и деверь с шурином разным противоестественным способом, мать-мать-мать! — закончил доклад очередной матерной тирадой южанин, явно сильно нервничая.
