Быстрым шагом дойдя до ворот асиенды, герцог Аскеронский остановился, вынул из-за пазухи огниво, опустился на одно колено и разжёг небольшой костерок. А потом снял шапель, пригладил волосы и, глядя в огонь, начал молиться:
— Спаси, Творец, чад твоих и благослови достояние твоё, победы над нечестивыми даруй и твоё сохраняй Огнём твоим животворящим…
Большая часть южан просто не обращала на такое поведение внимания, кто-то пожимал плечами, но те, которые служили под началом Арканов, знали: если герцог молится — впереди ждёт нечто страшное.
Недаром его прозвали Буревестником!
Проблема была в том, что Рем понятия не имел, кто находился внутри усадьбы. Окна в четырёхэтажном белом строении не горели, разве что время от времени появлялись какие-то блуждающие огни, будто кто-то бродил там с фонарём. Ворота захлопнулись сразу после того, как Аркан и кавалеристы покинули стены асиенды.
Стены, кстати, были невысокие, скорее даже забор, а не стены: в полтора человеческих роста, толщиной в половину локтя или около того. Однако что творилось за ними, понять было сложно. Кто-то там бродил, переговаривался, иногда слышались звуки и вовсе нечеловеческие… Если бы Аркан решил действовать без оглядки — он бы устроил внутри пожар, а потом сровнял всё с землёй, посыпал солью и перепахал несколько раз. У Флэнаганов творилась мерзость, это и обсуждать не стоило. Но, учитывая собственные слова о недопустимости войны с женщинами и детьми, он не считал возможным просто начать обстрел усадьбы и наплевать на последствия.
Онагр Ёррин и его помощники смонтировали быстро, успели до темноты, которая стремительно опускалась на землю Юга. Мастерам понадобилось всего около двух часов: уродливую конструкцию собрали прямо тут, на расстоянии ста шагов от асиенды. Самыми заметными частями метательной машины стали поперечная планка-ограничитель и огромный метательный рычаг — ложка.
— Будем испытывать, монсеньёрище? — поинтересовался Ёррин.
— Узнаем только, всё ли готово у Габи… — задумчиво проговорил Буревестник и, развернувшись на каблуках, пошёл на поиски супруги.
Герцогиня обнаружилась на противоположной стороне кольца осады. Там несколько мужчин заканчивали сыпать из мешочков алхимический порошок, а Зайчишка контролировала процесс.
— Три часа горения я тебе обещаю, — сказала она. — Жечь будет страшно, в земле траншея останется. Поджигать лучше сразу в нескольких местах, чтобы быстрее разгорелось, иначе, пока оно всё схватится, кто-нибудь может и успеть сбежать!
Рем только руками развёл: он и не рассчитывал на такой эффект и такие объёмы! У супруги Аркан попросил зажигательную смесь для метательных снарядов онагра и склянок — чтобы сжигать тела осквернённых врагов. А получил в перспективе непреодолимое препятствие!
— Что? — сделала круглые глаза Габи. — У них тут нашлось много селитры для удобрений и фосфор — не знаю зачем! Ну, я кое-чего добавила, и получилась ужасненько страшненькая штука! Ничем не потушишь, предупреждаю! Всё, я пошла спать в фургон…
Она убедилась, что кольцо из порошка замкнулось, поцеловала мужа в щеку, зевнула, прикрыв рот ладошкой, и упорхнула. Аркан шёл за ней, отслеживая только силуэт белой блузы супруги и отмечая, что орра-пикинёры, которые сидели на земле неподалёку, вставали и кланялись герцогине. Странное дело: ей для этого не понадобилось ни пышных платьев, ни свиты, которая, как известно, делает королей, ни торжественной обстановки… Удивительная девушка!
Через четверть часа всё было готово: люди с факелами поджидали врага, который явно готовил вылазку, пикинёры рассредоточились по периметру, готовясь встречать каждого, кто пойдёт сквозь огонь, кавалеристы с арбалетами стали подвижным резервом. Подошли и подкрепления: несколько десятков орра-поселян и дюжина аристократов из округа Галахер.
— Итак, проведём испытания артиллерийского орудия, — заявил Буревестник. — Давай, Ёррин, закинем им туда камешек для пристрелки. А потом я попробую начать переговоры…
— Ты же не собираешься их выпускать, монсеньёрище? — засомневался гном.
— Я собираюсь под честное слово всех наших аристократов предложить им вывести женщин и детей, если там таковые есть. Но делать это стану только с позиции силы, вот и всё. Давай начинай пристрелку! Пока не достигнем попадания хотя бы в стену — будем пробовать! — И отступил, чтобы не мешать артиллеристам работать.
Первый же выстрел стал результативным: кусок стены просто осыпался, а самый обычный булыжник, послуживший снарядом, поскакал дальше по двору асиенды, явно не прекратив свою разрушительную деятельность.
— Давай ещё один, — решил Аркан. — А потом я отправлюсь играть роль парламентёра.
Заскрипел торсион, пошла вниз огромная ложка… Это в сравнении с обычной столовой ложкой она была огромной, а что касается других метательных машин — так этот на коленке собранный онагр мог считаться разве что карликом среди великанов. Но этот карлик работал исправно!
ГДАХ! — ударил рычаг об ограничитель, и ещё один булыжник полетел в сторону асиенды.
