Аркан-VI. Огненные стрелы полностью

Конечно, Гонзаку и в голову не могло прийти, что у Аркана в разведке работает натуральный пеликан, а по почтовому ведомству проходит несколько сотен чёрных дроздов… Да и возможности Чёрных Птиц Эадора Нилэндэйла спецслужбы юго-восточных ортодоксов представляли себе весьма приблизительно, как и размеры агентурной сети Гавора Коробейника.

— У Краузе сто тысяч человек, вооружённых и экипированных. Они выдвинутся вниз по Рубону Великому после того, как наполнят военные магазины вдоль реки зерном. Сто тысяч! Скажите мне, многомудрый бывший шеф имперской тайной службы: кто встанет на стенах Первой Гавани, когда рыцари узурпатора провезут вокруг города на копьях головы ваших князей? — мрачно спросил Аркан.

Диоклетиан меланхолично молчал, подавленный. Он мог только надеяться, что у герцога Аскеронского, прозванного Буревестником, есть ответ на этот вопрос.

В ходе недели относительного спокойствия Аркан занимался составлением списков личного состава будущего корпуса, накоплением на складах Тулламоры достаточных запасов продовольствия и снаряжения, бесконечной перепиской с Аскероном, Цитаделью Ордена и другими корреспондентами: Доль Наяда, Низац Роском, Байарадом. Неутомимые дрозды приносили сообщения с Рубона Великого, где несли свой дозор Чёрные Птицы Эадора.

Рем вместе с Зайчишкой пытались разгадать головоломки Мамерка Пустельги: тайну пляшущих человечков, стихов Хаямия, штрихов и точек. Двигалось дело и с планом: в Публичной библиотеке удалось найти подробную карту Первой Гавани, правда, трёхсотлетней давности, но Габриель логично предположила, что если и спрятаны где-то артефакты прежних, то в здании весьма старинном или стоящем на древнем фундаменте. Путём банального сравнения чертежа Мамерка и верхних проекций построек самых старых особняков, церквей и административных зданий наметили четыре подходящих объекта для поисков на месте. «Под хвостом у льва» — это было написано совершенно недвусмысленно, так что Аркан рассчитывал при банальном осмотре найти в одном из зданий льва и разобраться, какое отношение к этому имеют строки Хаямия и пляшущие человечки. А может быть, и не имеют вовсе: Пустельга был тем ещё оригиналом, и каждый из листков зелёной папки мог оказаться ключом к отдельной тайне!

Прошла относительно спокойная неделя — и события посыпались как из рога изобилия. И первым в их череде стало явление в апартаменты четы Арканов легендарного вождя Ёррина Сверкера: с всклокоченной бородой, а ещё — с большим изжелта-синим бланшем под левым глазом. Но при этом гном выглядел весьма бодрым и энергичным.

— Я нашёл её! — закричал он с ходу. — Я нашёл жену!

— Та-а-ак! — откладывая бумаги в сторону, повернулся к другу Аркан. — А ну, рассказывай.

— О-о-о! Это мифическая женщина, я тебя уверяю! — забегал по комнате гном. — Мы созданы друг для друга.

— Так-так… Легендарный вождь и мифическая женщина, да? — усмехнулся Рем. — Мне нужны подробности.

— Будут тебе подробности! Такие подробности, что ты с ума сойдёшь, — многозначительно поднял палец Сверкер. — Итак, слушай: она печёт и продаёт блины в закусочной на перекрёстке, у особняка этого твоего Доэрти! Вот!

— И что? — не мог понять Рем.

Но тут включилась Габи, которая тут же, у подоконника, читала какой-то огромный том по старинным шифрам и тайным письменам, бывшим в ходу у прежних:

— Ой-ёй! Ёррин, это ведь кхазадская женщина, верно?

— О-о-о да! Самая настоящая кхазадская женщина, красивая и сильная — вон какой бланш мне поставила! Очень мощная женщина, очень! — Он потирал руки, поглядывая на Аркана.

— И она печёт блины на перекрёстке? — Зайчишка вскочила с места. — Прямо вот так, стоит за прилавком и средь бела дня печёт?

— Да-а-а! — Гном обрадовался, что хоть кто-то тут его понимает, и подскочил к Габи. — На свежем воздухе печёт!

— Да что вы двое заладили… — возмутился Рем, а потом его глаза округлились. — Подождите-ка! То есть кхазадка в Претории, чуть ли не под открытым небом, стоит себе и блинчики готовит?

— Я же говорю! Мифическая женщина! — едва ли не до потолка подпрыгнул гном. — Вот! Да! Ты понимаешь, что я обязательно должен на ней жениться! Пойдём, ты скажешь ей об этом.

— Я-а-а-а? — Удивлению Рема не было предела.

— Конечно! Не могу же я сам себя нахваливать, это — дело друзей, — как нечто само собой разумеющееся, пояснил лидер клана Сверкеров.

— А бланш она тебе… — Габи уже подобралась к нему с какой-то алхимической примочкой, надеясь поспособствовать рассасыванию гематомы и снятию отёка.

— А, это я лишнего себе позволил, ну… Понимаешь, после того, как мы это… ну… В обоюдоприятственном смысле… Так я с утра хотел подлечиться, ибо голова страшно болела, встал с кровати, пошёл на кухню, нашёл на полочке выпивку — маленькую бутылочку. И отхлебнул! А это не выпивка оказалась, а какое-то то ли жидкое мыло, то ли моющая жижа, я как-то не разбирался…

— И что?

— И выплюнул!

— И-и-и?..

— На пол выплюнул! А она проснулась — и врезала мне, представь!