— На правах друга и сеньора этого прохиндея, — Аркан ткнул внезапно тихого Сверкера в плечо, — хочу отметить: он не просто прохиндей, а прохиндей легендарный! По крайней мере, целый клан и огромный подземный чертог в Аскеронском герцогстве — это его вотчина. И поверьте, мои вассалы не испытывают недостатка в еде и напитках, каких только яств маэстру Сверкер не перепробовал… Так что его мнение о блинах можно признать авторитетным. Но, по правде говоря, вы на него произвели впечатление гораздо большее, чем блины.
— «Сеньор»? «Вассалы»? — засомневалась кхазадка, выливая на сковороду тесто из большой ложки. — Похожи-то вы на бандитов с большой дороги, а не на благородных господ!
— Это после драки, — пояснил Буревестник, отряхивая кафтан. А потом показал девушке-кхазадке рукава: — Но вы взгляните на серебряную тесьму на обшлагах! Мне жена сказала — очень стильно. И вполне подходит для герцога!
— А вы — герцог? — Она большой лопаткой перевернула очередной блин, и тот зашипел на сковороде.
— Самый настоящий. Герцог Аскеронский Тиберий Аркан Буревестник! — раскланялся Рем. — А это — мои верные вассалы.
— И этот — вассал? — Она показала лопаткой на Ёррина, который в смущении не знал, куда деть руки.
Он теперь и не рад был, что попросил Аркана посвататься и похвалить его. Нет, просьба эта выполнялась, но как-то слишком по-аркановски: невозможно было понять, герцог глумится и иронизирует или вполне серьёзно выполняет возложенную на него почётную миссию.
— И этот, — кивнул Рем с невозмутимым лицом. — Очень важная шишка в Ордене Зверобоя и Аскеронском герцогстве. У него во владении Сверкер-Дум — это подземные чертоги величиной с дюжину дворцов наместника!
— То есть пристроен, при деле, место имеет? Жилплощадь… Ценное имущество? — В глазах кхазадки зажёгся практичный огонёк.
— В качестве свадебного подарка он преподнёс мне полтонны золота! — привёл последний аргумент Аркан.
— Так! — Блины продолжали готовиться, их стопка росла, разговор вовсе не мешал бойкой молодой женщине делать дело — и весьма ловко! — Меня зовут Гудрид Рамзай, и я хочу понять, что здесь происходит! Вы мне его сватаете, что ли, ваше вроде как высочество?
— Мы сватаем тебя за него, — признал Аркан и развёл руками. — У меня просто нет другого выхода! Этот гном как с ума сошёл: примчался с утра и твердит — жениться хочу на мифической женщине, которая печёт блины и имеет очень хорошо поставленный удар справа! Прямо сегодня, говорит, необходимо жениться!
— Ну, так-то парень он не промах! — признала Гудрид Рамзай, поглядывая на Ёррина с оценивающим прищуром. — Работать умеет, кушает хорошо, как мужчина вполне приятен, и живот у него — рельефный, мускулистый…
Южане-зверобои, хотя и общались в Цитадели Ордена с гномами из Сверкер-Дума, но всё-таки не очень привыкли к их манере общения, а потому фыркали и улыбались.
— Слыхали? — впервые подал голос Ёррин. — У меня мускулистый живот! А никакое не пузо!
— Пузо у тебя будет, если ты на мне женишься! — усмехнулась Гудрид и вышла из-за прилавка с огромной стопкой блинов (и когда только успела?) и сковородой с горячей поджаркой. — Это я тебе обеспечу. А ты мне?
— И я тоже! Я тоже обеспечу и тебя, и пузо тебе, и всех, кто из этого пуза появится! — гаркнул гном. — Ты — женщина моей мечты, понимаешь? Гудрид Рамзай, стань уже скорее Гудрид Сверкер и… И нехрен ерепениться!
— Пойдём в муниципалитет? — Она поставила на стол перед людьми блины и сковородку со шкварчащим салом и колбасками.
— Это зачем? — удивился гном. — Зачем нам туда идти?
— Так жениться. Тут у них эта, как бишь её… Запись актов гражданского состояния! — отчеканила кхазадка. — Расписался в каком-то журнале — и всё, женат!
— Дикость какая, — вздохнул Ёррин озадаченно. — Нет, я не против, я очень даже за, но… Расписался — и всё? А страшные клятвы и обеты? А таинственные обряды? Ладно, пошли распишемся, если тут так принято, но как доберёмся до ортодоксального капеллана — он нас нормально поженит. А потом уже свадьба, когда в Сверкер-Дум приедем. Пригласим всю мою родню, и всю твою родню, и родню моего сеньора. Посидим узким кругом, думаю — не больше шести тысяч гостей, скромненько… А! Да! Кстати, я ортодокс, так получилось. Придётся и тебе в ортодоксальную веру перейти, тут вариантов нет!
Кхазадка почесала затылок и очень по-хулигански наморщила нос.
— Ну ты же будешь мой муж! Я буду тебя слушаться,— решила она. — Буду делать всё, что скажешь, куда деваться? Но если ты будешь говорить всякую херню — получишь в глаз!
— Во! — обрадовался гном и повернулся к Аркану и остальным. — Видите? Видите⁈ Я же говорил: она самая подходящая жена! Ну, вы сидите ешьте, а мы пойдём жениться.
И он эдак важно подошёл к Гудрид Рамзай, оттопырил локоть, за который кхазадка мигом ухватилась, и они вышли из блинной и пошли в сторону муниципалитета, покачивая бёдрами и поглядывая друг на друга, чрезвычайно заинтересованные в происходящем и довольные собой.
— М-да… — Патрик озадаченно глядел им вслед. — Никогда не задумывался о том, как женятся гномы. Странное дело!
