Весь обширный Купеческий квартал Первой Гавани, прилегающий к малым торговым воротам, был превращён ортодоксами и южанами в странную крепость. Окна первых этажей заколотили толстыми досками, на крышах и верхних этажах заготовили обильные запасы метательных снарядов — камней, суковатых брёвен, дротиков и стрел. Улицы перегородили баррикадами: тяжело гружёнными укреплёнными телегами, ежами из острых кольев, мешками с песком, бочками. Ополченцы-деграсцы, не занятые на обороне стен, выжившие баннереты Юго-Востока и их дружины, несколько сотен зверобоев — все они стали гарнизоном этого укрепрайона.
Верные рыцари, терпеливые пехотинцы, меткие стрелки, Белые Братья, яростные фанатики и кое-кто из магов, прорвавшись за ворота, спешно продвигались по городским улицам, не встречая сопротивления. А потом, примерно через полверсты, наталкивались на баррикады и их защитников. Увидев врага, оптиматы с большим рвением бросались в атаку — ещё бы, стены ведь взяты, город почти что пал к ногам Крылатого похода! Однако раз за разом умывались кровью, поражаемые алебардами, боевыми цепами и копьями ортодоксов, неся потери от постоянно сыплющихся на головы с крыш и из окон метательных снарядов.
— Это ловушка! Ортодоксы заманили нас! — Кто первым выкрикнул эти слова, неизвестно, но паника среди ворвавшихся в Первую Гавань солдат стала нарастать, кое-кто решил ретироваться, но повторилась ситуация у ворот.
Подкрепления, отправленные Краузе, торопились внутрь! У них был чёткий приказ — усилить натиск, сломить сопротивление ортодоксов, пробиться к монастырю Всех Прежних Святых и княжеской резиденции. И они намеревались его исполнить! В Купеческом квартале на улицах скопилось неимоверное количество воинственного народа, около двадцати тысяч вооружённых оптиматов всех родов войск! И количество в итоге переросло в качество: на радиальной улице, широкой, напрямую ведущей от ворот к центру, оборона ортодоксов была прорвана.
С торжествующими криками спешенные рыцари в крылатых шлемах, пехотинцы в стёганой броне, люди Роттерланда в одинаковых коттах и другие воины-оптиматы расшвыряли в стороны баррикаду, откатили телеги, гружённые камнем, и с воодушевлением бросились вперёд, чтобы спустя двадцать шагов замереть в совершенном ступоре.
— Р-р-раз! Раз! Раз-два-три! — грохотали крепкие аскеронские сапоги по улице Первой Гавани.
— Раз! Раз! Раз-два-три! — качались в такт шагам длинные южные пики.
— Раз! Два! Три! — скалились чернобородые, голубоглазые орра: Лоусоны, Велветы, Дэниэлсы, Бимы, Тичеры и многие-многие другие воинственные кузены, пришедшие с Юга вместе с Арканом за славой, деньгами и репутацией. — Бей-убивай!
Нет ничего страшнее паники и давки на узких улочках. Разве что паника, давка и десять тысяч пикинёров, жаждущих крови! Они наступали единовременно, по каждой из улиц шириной более десяти шагов. Пики на прочных древках в восемь локтей, отличная подготовка и качественное снаряжение превратили орра в страшную машину для убийства. И не было у оптиматов сил противостоять ей, пусть число воинов Краузе внутри Первой Гавани и превосходило южан двукратно! Вступить в бой вместе осаждающие не могли — и орра насаживали их на пики, убивали одного за другим. На какие-то минуты жуткий звук погружаемых в человеческие и лошадиные тела острых наконечников заглушил даже церковный набат и боевые кличи, и воины Краузе дрогнули! Дикий крик раздался над городом, оптиматы бросились к торговым воротам — своему единственному пути к спасению…
Чаша весов качнулась в сторону ортодоксов и их союзников.
Однако для Аркана и его соратников, засевших в башне у ворот, всё складывалось куда хуже. Буревестник должен был находиться именно здесь, в гуще событий и как бы над ними — лучшую позицию и придумать было сложно. Шарль, Луи и другие зверобои крепко держали оборону, сделав башню неприступной — до поры.
Всё изменилось с прибытием людей Вайсвальда — его герб Буревестник узнал сразу. Закованные в полную броню великаны, вооружённые кулачными щитами-баклерами и короткими широкими фальчионами, прошли по галерее куртины сквозь боевые порядки наёмников дю Ритёра, которые проявляли не слишком много энтузиазма, явно предпочитая загребать жар чужими руками. Оказавшись у многократно выбитых и восстановленных дверей башни, они поступили прямолинейно и банально — вломились внутрь с разбега, не разбирая дороги!
Сразу два стальных верзилы одновременным ударом латных наплечников в который раз выбили дверь и вместе с ней рухнули на зверобоев, создав сумятицу. Этим воспользовались их товарищи, проникнув внутрь следом. Завязалась кровавая драка, напоминающая скорее кабацкую потасовку, а никак не бой профессиональных солдат. И преимущество здесь было на стороне оптиматов: стальная броня, большая масса, подходящее вооружение…
— Отступайте наверх! — выкрикнул Аркан. — Забаррикадируем лестницу!
Зверобои услышали командора. Он знал, что делал: скоро, скоро пикинёры убьют или вытолкнут остатки войска оптиматов из Купеческого квартала, нужно продержаться час-другой, не больше.
