В конце концов сошлись на том, что пока отложат на потом избрание нового генерала. Это было вопреки обычаям, но необходимо. Сотники временно разделят полномочия. Виллема, бывшего всего лишь аттендантом генерала, это вполне устраивало, а Крамера и подавно. Решение приняли единогласно. Кирин тут же выбежал из палатки собирать своих - ему предстояло раскинуть сети по всей равнине, чтобы заранее до прихода отряда вырезать чужих разведчиков и беглецов, если они найдутся.
Перед уходом сказал Льюву пару слов. Дождался, когда сотники выйдут, и остановил его на минутку, тут же заметив направленный на себя подозревающий взгляд Крамера.
Виллем посоветовал найти человека из Алой Гильдии - Ублюдок Запада всегда старался запихнуть надсмотрщиков в нанятые отряды. "Крысёныши", конечно, делали вид, что просто выполняют роль дипломатов, но всем было ясно, что к чему. Когда офицер смотрел с холма на чужой лагерь, в первую очередь он высматривал гильдийца, но не нашёл.
- Может, его и вообще нет.
- Может быть. - Согласился Виллем. - Но нельзя дать его в руки Крамеру. Он гильдийца раньше времени покалечит.
Да и мало ли чего ещё может член Гильдии наплести Кишкодёру. Об этом вслух говорить не стоило, - в свете подозрений о предательстве, - но необходимо было позаботиться заранее.
***
Было что-то неправильное в том, что отряд, едва потерявший генерала, тут же нарушил прямой приказ погибшего и отправился к Вратам. Невыразимая и невообразимая опасность всё так же поджидала впереди, а Виллем, будто позабыв о ней, настаивал на походе. Странная вещь эта необходимость. Конечно, он отправился и сам, хотя еле держался в седле - чтобы лично смотреть за происходящим и чтобы показать всем, особенно Крамеру, что нет причин его ни в чём подозревать.
Ледяной ветер сегодня дул как-то особенно яростно.
Сотни подступились к лагерю врага. Взобрались на холм и не давая и секундной передышки пустились вниз с другой стороны ровным строем. Одна сотня сделала крюк и заходила с тыла, чтобы ловить убегающих, ещё одна в запасе - Месель защищал от возможной атаки со стороны Врат.
Вслед за спуском сотен Виллем поднялся на холм, чтобы увидеть столь скоро заалевшую пламенем долину. Серая пустошь в таком свете почти казалась живой. Это была бойня. Лагерь, похоже, наполнился настоящими бойцами, ранее отправленными к башне, но это едва ли могло спасти. Паника, хаос, дезорганизованные враги попытались отступить и сбежать - а с другой стороны как раз заканчивала окружение ещё одна сотня.
Скрежет ветра едва скрывал крики и плач. Вскоре они прекратились. "Ещё лица для кошмаров", - про себя подумал Виллем. "Но это необходимо было сделать". И месть за Будевика, и способ обезопасить отряд от охотников за принцессой. Сотники угрюмо отдали приказы убить всех, даже тех, кто сдался. Им было не впервой, а их солдаты не в первый раз творили жуткие дела.
Поэтому генерал и был не прав. Будевик очень часто ошибался. У наёмников, по сути бандитов, выполнявших заказы, не могло быть дома. То, что им приходилось делать, лишало покоя - и постольку места, где было бы спокойно.
Виллем решил остаться и помочь с учётом добычи. Он часто это делал после боя - или резни. Всё равно ему не шёл сон. Припасы, оружие, еда и вода. Учитывая, что вокруг на многие десятки километров не стояло ни одной деревни, тем более целой, это были жизненно важные находки.
-- IV
Что было страннее всего, крысёныша так и не поймали. По крайней мере, Льюв так сказал. Виллем обводил взглядом серо-бурый каменный ад, простёршийся во все стороны, и не понимал, как мог гильдиец скрыться здесь. Он же не местный.
"Неужели его не было?"
Для выдуманной офицером легенды так было даже лучше. Но Ублюдок Запада так не делал. Его соглядатаи обитали везде. Об этом он многое наслушался от других наёмных отрядов, когда возникала возможность с кем-либо из них переговорить. Пару раз Виллем и сам видел крысёнышей - в чёрно-алых мантиях и всепожирающим голодом в замученных глазах. Почему-то все считали, что их хозяин не разрешал им отведать пищи до тех пор, пока они не вернутся с задания.
В любом случае от шести сотен преследователей скрыться на голой равнине было невозможно. Единственное укрытие внизу, деревья-руки, осматривали вдоль и поперёк солдаты, вверху по горному склону ползли тенью за отрядом люди Пса. Кажется, он видел парочку. Бесконечный ландшафт уже сливался перед его взором.
Виллем, почуяв, что начинает клевать носом, понюхал непонятный цветок, забранный у доктора Кхерима. Резкий запах, секундное помутнение в глазах, и сон как рукой сняло. Этот поход на юг был ещё более безрадостный и тихий, чем предшествовавший ему марш на север. Теперь ветер дул в спину и помогал, а не шумел в ушах.
Через некоторое время, соответствовавшее сто сорока чёрным деревьям, ближе к вечеру догадки Виллема подтвердились.
