Виктор летел по коридорам дворца и, если бы не выносливость и сила Марианны, она бы вряд ли поспевала за его шагами. Мимо проносились расписные вазы, золоченые кувшины, картины, о которых она успела позабыть, изумительные фрески.
– Куда ты меня ведёшь?
– В сад.
– Но мы же уходим от него.
– Ты знаешь все сады ордена?
Девушка закусила губу и замолчала, нетерпеливо вертя головой по сторонам.
Череда лестниц и коридоров оборвалась. Перед ними возникла темная дверь с выгравированными лилиями и большим тяжелым засовом. Здесь не было ни слуг, ни стражи, и Виктору пришлось справляться одному. По дворцу пролетел глухой звук, будто кто-то тяжело охнул, массивные створки отворились, и Марианна тихо ступила за мужчиной, осматривая небольшой уютный сад. Впрочем, садом его было назвать сложно – просторная поляна с травой, а по бокам густые заросли кустарников и высокие деревья. В углу стоял черный конь, и его глаза яростно блестели в свете луны. Он забил копытом, но, когда хозяин поднял руку и что-то забормотал, успокоился, фыркнул и послушно пошёл навстречу.
– Молодец, мальчик, молодец, – Виктор похлопал животное по мускулистой шее и повернулся к ночной гостье: – Это Сумрак. Познакомьтесь.
– Какой красивый, – завороженно смотрела девушка на холеного жеребца. – Он твой?
– Мой.
– Никогда не видела тебя на нём.
– Скажем так, он – мой маленький секрет.
– Я никому не скажу! – искренне пообещала принцесса, и мужчина улыбнулся.
– Уж постарайся. Конечно, в этом нет ничего страшного, но... мне хотелось бы, чтобы о нём знало как можно меньше людей. И об этом месте в том числе.
Марианна восхищенно обходила сперва коня, а затем и само место. С каждой секундой оно нравилось ей всё больше: укрытое, тихое, прохладное, оно приносило странное спокойствие и умиротворение.
– Не помню, чтобы в детстве тут был сад.
– Его и не было. Это отдаленная часть дворца и тут всё заросло. Я приказал вырубить середину и устроил свой маленький мирок.
– Зачем тебе это понадобилось?
– А где бы я мог тайно изучать папирусы?
– Но ведь люди, которые вырубали здесь всё, знают о...
– Марианна-Марианна, – снисходительно покачал головой он, – ты ещё так молода и так наивна.
Отчего-то девушке стало не по себе. В воздухе как будто повеяло смрадом, а красивое ледяное лицо Виктора будто превратилось в маску из человеческой кожи... Принцесса сбросила с себя страшные подозрения и вздохнула:
– Я готова.
– Сперва давай я покажу, как это происходит.
Мужчина легко вскочил на коня без седла, демонстрируя прекрасную форму, и повел его вдоль ряда кустов. В какой-то миг жеребец захрапел, заупрямился, но ласковые прикосновения наездника и нежный шёпот, от которого у самой принцессы замирало сердце, успокоили скакуна. Когда черные копыта стали мерно касаться травы, Виктор выпрямился, направился к исполинскому камню, одиноко сереющему в углу сада, и заставил Сумрака медленно таранить его. Огромная глыба продолжала лежать со всем присущим ей величием, но вдруг контуры её дрогнули и стали медленно перемещаться в сторону.
Марианна едва стояла на месте. Ей не терпелось и самой давать силу животным, чтобы они в её руках вытворяли всевозможные чудеса! Фантазия рисовала дивные картины: вот она летит с Кордом по поверхности океана, и никто не может догнать их пару, а вот она сдвигает застрявшую в грязи телегу простолюдина, оседлав его хилую лошадь, и тот обещает молиться за её здоровье, или...
– Марианна, – настойчиво позвал Виктор, и та поняла, что уже не в первый раз.
Девушка подошла к коню и погладила гриву чернее черного.
– Сперва ты должна успокоиться. В таком возбуждении у тебя ничего не выйдет.
– Я спокойна, – она глубоко вздохнула.
– Сомневаюсь. Садись сюда.
Мужчина указал на огромный камень, который некоторое время назад был легко сдвинут жеребцом, и принцессе пришлось послушно запрыгнуть наверх.
– Можешь даже лечь, если тебе так проще, – донесся голос снизу. – Готова? Хорошо. А теперь закрой глаза и постарайся делать то, что я говорю.
– Конечно!
– Молча.
– Поняла.
– Молча!
Ответом стала тишина, и Виктор удовлетворенно продолжил:
– Всё живое в этом мире обладает собственной энергией. Не почувствовав её, не сможешь ею управлять. Не сможешь управлять – не сможешь усилить. Представь, что вокруг тебя снуют белые нити в таком множестве, что ещё немного и они переплетутся жуткими узлами, но не делают этого, а легко ускользают друг от друга...
Девушка слушала его голос, что становился монотоннее и глуше, напрягала все силы, всё воображение, чтобы почувствовать те шелковые прикосновения невидимых энергий, но кроме дуновения ветра и легкого холодка, не ощутила совсем ничего.
– Твои руки – продолжение силы, которую дала природа, из кончиков пальцев сочится великая мощь, которую ты можешь приложить к чему угодно...
