И второй вопрос: не были ли авторами проектов этих построек ученики Воронихина? Тем более, что пропорциональность фасадов и объемов Ново-Никольской церкви не свойственна приемам Воронихина. Сейчас мы не имеем убедительных аргументов, подтверждающих исполнение учениками архитектора заказов для Урала или других мест. Кроме того, уже говорилось, что зодчий не создал школы, подобной «архитектурным командам» Д. В. Ухтомского, В. И. Баженова или М. Ф. Казакова. Сомнительно, чтобы Строгановы, имея широкую возможность распоряжаться делами академика, удовольствовались бы услугами его учеников. Едва ли и Воронихин считал возможным поручать выполнение проектов будущих зданий на своей родине ученикам. Скорее всего, он делал их сам.
Как объяснить несходство пропорций? Надо иметь в виду, что здания Усолья возводились без участия Воронихина. При исполнении проектов в натуре могли быть допущены переделки. Уральским мастерам всегда было свойственно желание все «переиначить» по-своему.
Деятельность Андрея Никифоровича Воронихина в последние годы его жизни была такой же напряженной, как раньше. Творческие планы не покидали его. Но новым замыслам не суждено было свершиться. Жизнь зодчего оборвалась внезапно. Он умер 5 марта (21 февраля) 1814 года.
Совет Академии художеств записал в протоколе заседания: «Старшего профессора архитектуры, надворного советника г. Воронихина, сего февраля 21 числа волею божию от апоплексического удара скончавшегося, из списков Академии исключить».
Пермское студенческое землячество в день похорон А. Н. Воронихина 25 февраля возложило на его могилу венок с надписью: «Студенты-пермяки сыну величавых Камы и Урала».
В Александро-Невской лавре на его могиле поставили обелиск в виде дорической колонны, рассеченной рустом, на котором помещен барельеф Казанского собора.
Так закончилась жизнь одного из величайших деятелей русской культуры — архитектора Андрея Никифоровича Воронихина, человека, которому благодаря уму, таланту, настойчивости и колоссальной работоспособности удалось подняться до вершин зодчества.
Личность, жизнь и творчество Андрея Никифоровича Воронихина не раз привлекали внимание ученых, писателей, краеведов, журналистов. Полный список печатных работ о зодчем насчитывает около трехсот названий.
Бережно относятся к памяти выдающегося архитектора и в Прикамье, на его родине.
В Ильинском, где учился будущий зодчий, имя А. Н. Воронихина носит одна из улиц поселка. Здесь, рядом с райисполкомом, сохранилось, правда частично перестроенное, одноэтажное каменное здание бывшей иконописной мастерской.
Значительное место А. Н. Воронихину отвел в своих экспозициях Березниковский краеведческий музей. В нем экспонируются фотографии знаменитых построек архитектора, его живописных работ, а также зданий, авторство которых приписывается зодчему. Есть и бюст А. Н. Воронихина (копия).
Прикамские музеи хранят малоизвестные работы А. Н. Воронихина-художника. Так, Кудымкарский музей обладает портретами-миниатюрами членов семьи Строгановых. Черные силуэты резко выделяются на латунном фоне небольших овальных пластинок. Подписаны портреты монограммой «А. V». Всего их было семь. В настоящее время три из них утрачены.
В Пермской художественной галерее хранится живописное полотно зодчего, изображающее внутренний вид костела. Картина имеет однообразный коричнево-красноватый колорит. Все грани архитектурных форм прописаны четкой черной линией. В левом нижнем углу на карнизе пьедестала хорошо читаемая подпись «Андрей Воронихин». И миниатюры и картина относятся, вероятно, к концу XVIII века.
Образ Андрея Никифоровича Воронихина занимает в памяти потомков достойное место. К сожалению, освещение его жизни и деятельности не всегда было правильным.
Некоторые неясности в тексте документов о рождении зодчего, почти полное отсутствие сведений о его частной жизни породили легенды о происхождении А. Н. Воронихина и некоторых сторонах его жизни и деятельности.
Не отнимая права ученого на догадку, а писателя — на домысливание, которое всегда правомерно (и особенно в историческом повествовании), видимо, следует признать, что при описании жизни и деятельности выдающегося человека надо сохранять в неприкосновенности основные события и факты, имеющие документальное подтверждение. На наш взгляд, в каждой биографии существуют «устойчивые точки», изменять положение которых нельзя даже при домысливании. Игнорирование подобного требования может привести к полному отрицанию очевидных событий истории или их искажению.
Неблаговидную роль в утверждении неправильного взгляда на происхождение А. Н. Воронихина сыграл смотритель Казанского собора архитектор А. П. Аплаксин.
