– Черт с вами, допустим, я согласный! Вопрос такой: мы-то с какой такой целью тут сидим и потеем, как в бане? Будем под лавкой артефакты искать, что ли?! Да хоть всё тут обшарим да обнюхаем, а новую башку Берлиозу не прилепим, профессор! «Вещдоки» вместе с рельсами, маслом и трамваем… испарились, как ни крути! А вот то, что мы тут всем кагалом собрались – это правильное решение! Надо братцы красную линию подводить подо всей нашей научной полемикой, допустим!
Профессор Сергеич, не обращая внимания на горячие сентенции Егорши, посмотрел на Журналиста, немного помолчал и, наконец, спросил:
– Скажите, Георгий, Вы до сих пор твёрдо уверенны в том, что мы поступили правильно, не включив часть материалов нашего расследования в последнюю книгу?
– Думаю, что нет, Александр Сергеевич. Сейчас я не вполне убеждён в этом.
– Вот и я… долго размышлял над фразой Михаила Афанасьевича о том, что целью написания им такого мистического необычного произведения, романа «Мастер и Маргарита», было…
– …«чтобы знали», не так ли, профессор?
– Вот именно, мой друг! Так может быть, мы с вами, коллеги, – Профессор обратился к Егорше и Ване, – проявили некоторое малодушие, не включив в наши сборники записи бесед по многим загадочным моментам романа? Я очень надеюсь, что в скором времени сама жизнь подскажет нам верное решение!
– Друзья, я считаю нашим долгом довести результаты наших исследований до читателей. Я лично не совсем согласен с некоторыми версиями Александра Сергеевича, но.
– Всё в точку, Ваньша! Коли сказал «А», – так говори и «Б»! Вот моё принципиальное партийное решение!
– Значит… значит, «единогласно», коллеги!?
– И ныне.
– И присно.
– И во веки веков, Аминь!
– Решение принято окончательное и обжалованию не подлежит, допустим…
И вот тут, после вердикта Егорши, Ваня-Реинкарнант внезапно ощутил лёгкое дуновение ледяного осеннего ветра.
Им овладел странный необъяснимый холод, похожий на озноб. Из-за стоявшей напротив огромной липы с шумом выпорхнула большая птица. Ствол дерева неожиданно укрыл появившийся туман, и в этом тумане Ваня увидел человека.
Профессор, Журналист и Егор Алексеевич активно обсуждали подготовку к печати ранее не опубликованных материалов, и не замечали… ни сырого осеннего холода, ни тумана, ни… человека под липами.
Ваня напряг всё своё слабое зрение и попытался рассмотреть незнакомца. Человек у дерева был одет в длинное тёмное пальто из плотного сукна прямо на… голое тело. Лица незнакомца Ваня рассмотреть так и не смог.
А человек, в цветной шапочке на голове, похожей на тюбетейку, одетый не по сезону в тяжёлое осеннее пальто и полосатые пижамные брюки, держал в правой руке потёртый кожаный портфель и внимательно смотрел на Ивана…
«Есть, ma chere, на земле люди,
которые смотрят за тем,
чтобы у ближних в головах и карманах
ничего лишнего не было.»
«Дорогие коллеги! История во все времена являла себя Миру в. «чужих одеждах». И если постараться всмотреться в её истинный лик, то разочарованию не будет предела: смысловые подтасовки… фальшь, и горькое осознание циничного отношения управляющих элит к обществу, к… человеку. Во все времена и эпохи.
Вполне возможно предположить даже то, что разочаровавшись в «реальности» фактов Истории, всякий искренний бедолага исследователь будет просто-напросто приговорён к тому, чтобы каждый раз трепетно всматриваться не только в строки современных учебников или новостные колонки газет, но и в события, и в лица окружающих его людей, и даже… в своё собственное отражение в зеркале, пытаясь навсегда запечатлеть и запомнить мгновения Эпохи в их оригинальном, и ещё не изменённом, виде. Но и эти тайные надежды, увы, тщетны. А впрочем – «всё, как было, – так и будет под Солнцем», господа! Весьма верно подмечено.»
(Из лекции Профессора Сергеича «Вечная жизнь в Зазеркалье» на собрании «А.М. Лиги» Горбольницы)
– Господа, товарищи и просто… дорогие друзья, коллеги! – торжественно произнёс Профессор, обращаясь к друзьям по больничной палате.
– Лихо начал, Сергеич! – весело прокомментировал Егорша и присел на койке, предвкушая новые научные дебаты и нешуточные философские баталии. – Мне понравилось. А значит – опять будем отлавливать рыбу в мутных водах Истории? Ну, спасибо, что не земноводных разных. Я их с детства боюсь!
– Да, Егор Алексеевич, Вам действительно о многом не стоит рассказывать. Последствия могут быть не предсказуемы, насколько я догадываясь.
Итак, о серафимах, морских чудищах и, подобных им, других культовых или мистических понятиях мы поговорим отдельно. Сегодня мы постараемся детально рассмотреть.
– Конкретно и пристально, профессор! В микроскоп нашего научного понимания исторической проблематики, так сказать!
– Я могу продолжать, Егор Алексеевич?
