Очередной первый выстрел, но на этот раз Соли усмехнулся: «Сойдёт для эффектного начала.» — сенешаль отбросил свой богато украшенный меч. Будучи шакалоподобным, он обладал острыми клыками и не менее острыми когтями. Подобно разъярённому зверю, сенешаль в ярости разорвал глотку первому попавшемуся воину, и, оставив того истекать кровью, набросился уже на следующего, вгрызаясь в незащищённые бронёй участки плоти. На увидевших безумие главнокомандующего воинов накатывали волны паники, они пытались схватить Сенешаля. В возникшей неразберихе немногие обратили внимание на источник происходящих событий. Что же до источника, то…
«Расчистить местность, что ли?» — Ловко увернувшись от лезвия направленной на него алебарды, Соли выстрелил в землю перед собой, затем ещё раз, и ещё, снова и снова обращаясь к замене памяти мира Истоком Мнемосины. После двадцати пяти вторых выстрелов, самыми примечательными из которых Соли посчитал внезапный рост травы до размеров леса и чуть не поглотившее его торнадо, Соли остановился на земляном вале, прокатившемся вперёд и оставившем пустой коридор внутри всё сбивающегося построения братьев ордена Инститори, оканчивающийся грудой покалеченных тел.
С третьим выстрелом Соли решил не спешить. В который уже раз повторяя его, он успел обнаружить несколько любопытных вариантов огня, дважды натолкнуться на чудовищные мутации, увидеть кислотное облако, от души посмеяться над массовыми галлюцинациями и вздохнуть от умиления при виде разделения одного из полуангелов на две сущности — бабуина как звериной составляющей и, собственно, ангела. К тому моменту, как Соли насчитал сто двадцать вариантов третьих выстрелов, тестирование возможностей случайно сгенерированных эффектов изопсефов продемонстрировало себя с лучшей стороны, и, поскольку спровоцированная сто двадцать первым выстрелом область затягивающей в себя всё гравитации полностью устраивала человека играющего, он беззаботно полетел в эту ловушку вместе с окружающими химерами.
Гравитационная ловушка, как и предполагал Соли, оказалась эффектом кратковременным, в отличие от образовавшейся кучи копошащихся тел, по которой он пробежал, с трудом удерживая равновесие. По совместительству в эту же кучу он направил четвёртый выстрел, и, всего лишь после девяти активаций Истока Мнемосины, получил памятный ему способ перемещения между мирами — разрыв пространства, в который затянуло большую часть сваленных вместе ма’алаки’.
Таким образом ко времени пятого выстрела прибывшее к Храму Лже-Демона войско сократилось уже более чем на треть, а из оставшихся пяти сотен одна сотня была не в состоянии продолжать сражение, да и остальные четыре по большей части оказались деморализованы. Однако нашлись и те, кто, собравшись с мыслями, попытался устранить угрозу в лице одетого в серую куртку неизвестного существа. В этот раз Соли не очень везло на эффекты массового поражения. Чтобы добиться ещё одной просеки, теперь уже составленной из разрубленных воздушным клинком тел, ему потребовалось потратить сорок девять попыток.
После пятого прозвучавшего выстрела боевой дух оставшихся на ногах воинов был сломлен окончательно и бесповоротно. На всякий случай пронзив ошалелого на’ага, лежащего у него под ногами, извлечённым из Эгиды мизерикордом, Соли отправил последний оставшийся в револьвере патрон в сторону убегающих полуангелов без намерения менять результат. Впрочем, результатом оказался порыв ветра, подкинувший в воздух с дюжину тел, и это показалось юноше достойным завершением проведённого эксперимента.
«Да, с такими ресурсами можно что-нибудь получить. Надеюсь, Вете понравится путь, который я хочу предложить. Правда, он сам по себе является целью, и ей может показаться, что он равносилен пути без цели… Просто доверюсь её решению.» — Думал Соли, вновь набрасывая на голову капюшон.
Вернуться Соли решил с помощью возможностей сокрытия Эгиды. Не то, чтобы это было необходимо — по сути, никакой опасности от оставшихся на поле боя покалеченных химер не исходило. Почти. И всё же Соли решил, что так будет проще, чем обходить окольными путями ещё дышащих воинов. Он уже проанализировал противника, физические характеристики ма’алаки’ ощутимо превосходили людские, не говоря уже о его слабом теле, и в честном поединке любым воином ордена, пусть даже травмированным, шансы на победу у Соли будут в лучшем случае один к десяти, и это с одним из величайших артефактов. Исток Мнемосины оказался на редкость эффективным, порой он способен превратить десятипроцентный шанс в стопроцентный благодаря возможности подобрать наиподлейшую тактику и воспользоваться внезапностью. «Но зачем усложнять себе жизнь?» — Усмехнулся Соли и применил хорошо зарекомендовавший себя эффект Мимолётного Забвения. Вот только он не учёл одно обстоятельство.
