Архив первый: АНТАГОНИСТ полностью

Во время проведения эксперимента (или, как сказал бы сторонний наблюдатель, бойни) Соли потратил почти всю духовную энергию. Ту самую духовную энергию, которую Вета влила в него ещё при появлении на Калварийском Осколке. Ту самую энергию, которую человеческие тела вырабатывать попросту неспособны. Хоть Соли чувствовал, что имевшаяся у него энергия на исходе, он ещё не научился контролировать её расход.

Таким образом, применённое Соли Мимолётное Забвение отняло у него всю оставшуюся духовную энергию. И Соли ощутил то же самое слияние душ Эгиды Милосердного Сна, которое обнаружил, впервые надев этот проклятый артефакт.

Посреди поля боя, среди мёртвых или едва живых ма’алаки’, лежал человек, испытывающий ужас и муки куда более сильные, чем кто-либо из оказавшихся сегодня на именуемой проклятой земле, окружавшей Храм Лже-Демона. Соли лежал, скованный Эгидой, не в силах издать ни звука. Однако худшим было вовсе не это, а то, что, за недостатком духовной энергии у владельца, эффект Мимолётного Забвения не смог в полной мере реализовать свою суть. Вэ Соли не был, как должно, вычеркнут из памяти сущего — он всего лишь стал самым незаметным агонизирующим существом во вселенной.

***

Вета вглядывалась в даль, она наблюдала за тем, как стройные ряды ма’алаки’ редеют, сбиваются, превращаются в беспорядочную толпу. Она не могла видеть множество использований артефакта, обращающегося к памяти мира, она наблюдала только шесть результатов, шесть выстрелов, прогремевших один за другим в течение менее чем минуты. Вета перестала чувствовать тревогу, ей нравилось увиденное, она испытывала гордость за своего спутника, который оказался способен превратить скучное истребление в настоящее произведение искусства. По крайней мере, так она считала.

Вот только после шестого, в общем-то ненужного выстрела Вэ Соли, её Вэ Соли… Он просто исчез. Испарился, словно его и не было. Вета скользила взглядом по полю боя. Она сосредоточила все свои отнюдь не маленькие силы, чтобы найти хоть малейший отклик человека. Время шло, но его не было, как не было и остаточных следов его души.

И тогда волна паники накрыла Вету с головой. Она дрожала, с её уст слетел шёпот:

— Нет… Так не должно быть… Ты не мог просто взять и исчезнуть… Что за глупая шутка, умереть, едва оказавшись рядом со мной. Ты ведь не мог так поступить, правда, Соли? — Постепенно её шёпот начал оборачиваться криком. — Я отказываюсь в это верить!!!

И, подчиняясь главному страху Прародительницы химер, дарованный ей Всесоздателем мир Тетис, вернее, то, что от него осталось в своё время, задрожал. По разрозненным Осколкам Мира, вращающимся вокруг семи звёзд, прокатились волны, но не абстрактные волны страха, а вполне вещественные волны разрушений. Земля сотрясалась под ногами химер, повсюду в ней возникали трещины. Спящий вулкан, что располагался в Драконьих Горах, пробудился. Мистические минералы, что росли на ветвях древних деревьев Кристального Леса, начали осыпаться. Первозданное пламя, питающее и согревающее Надоблачный Город, начало вырываться из туннелей. Протянутые по всему поселению H1N1 «водопровода» стали плавиться и искрить. Разномастные облака над Калварией полетели с огромной скоростью, подгоняемые чудовищным ветром. Замурованные в Цитадели Иерсинии тела покойных лордов-демонидов ожили и начали продираться наружу. Многообразие цветов небес пополнилось новым цветом, цветом устремившихся к земле каменных глыб, до того спокойно вращавшихся вокруг Осколков Мира Тетис.

Что же до источника катастрофы… Вета не придавала никакого значения тем разрушениям, которые усиливались с каждой секундой. Стоявшие рядом с Ветой ба’астиды были напуганы ровно также, как и все прочие в Тетисе, но они, в отличие от других, оказались единственными, кто знал о причине происходящего. И ярче всех осознавал происходящее Муавва’Ра’Хира — его предчувствие смерти било тревогу ровно также, как в тот момент, когда он впервые повстречал двух странных незнакомцев. И теперь предчувствие говорило ему кое-что, и он прошептал дочери и внукам:

— Нужно тянуть время.

Хано коротко кивнула, она как никто другой была научена доверять необычной способности Муаввы, той способности, что изредка проявлялась в их роду. Хано осторожно дотронулась до демоницы, чем привлекла её внимание, затем мягко произнесла:

— Прошу прощения, Вета, но разве этот… Мужчина, Вэ Соли, не мог ли он просто скрыть своё присутствие?

— Мог, но не настолько. — С полностью потерянным видом откликнулась Вета. — Я точно знаю, что означает эта пустота.

Несмотря на заявление Веты, дрожь земли немного поутихла, и Хано, воодушевлённая этим продолжила:

— Но ведь пустота означает всего лишь невозможность увидеть.