Тётя Поли углубилась в архив настолько, что не слышала, как закричал доктор Белинский, требуя немедленно остановить машину, как пыталась достучаться до неё телепат, чтобы та вышла из своего сознания. И только когда камеру удалось открыть силой тумана, и её буквально на руках достал оттуда Герман, старушка вернулась из внутреннего архива в привычный мир, удивлённо глядя на дымящуюся новомодную технику.
— Господи! Вы воистину уникальны, Полина Сергеевна. — нервно засмеялся мужчина. — Чуть не угробили нам аппарат без права на восстановление. Кто ж знал, что он так среагирует на вашу магию?..
— Вы сказали магию? — переспросила тётя Поли, уже крепко стоявшая на ногах рядом с детективом.
Доктор сам продемонстрировал им ушедшую за последнюю отметку стрелку на главном измерительном приборе, который обрабатывал информацию с датчиков:
— Обидно, но очень интересно. Такого мы раньше не наблюдали ни у кого кроме… — он прикусил язык и натянул на лицо дежурную улыбку. — В общем, поздравляю, Полина Сергеевна, вы будете занесены в реестр как первый человек с абсолютной памятью высшего ранга, хотя я не уверен, что именно сила ваших воспоминаний уничтожила нашу машину…
— Я действительно обладаю магией? — она всё еще не могла поверить в то, что спустя столько лет обычной жизни её дело тоже будет лежать в архиве одарённых.
— Да, и честно говоря, я бы предложил вам ещё тесты… Но боюсь, что вы просто снесёте нашу лабораторию. — он откашлялся. — Эм. Спасибо за визит, Полина Сергеевна, мы доложим о вас императору для выдачи лицензии. Уж простите, Герман Игоревич, сегодня обойдёмся без проверок.
— Не стоит извинений. — сухо ответил он и покинул кабинет в сопровождении тёти Поли.
Они вышли на улицу и сели в один из свободных экипажей, направившись в отдел магического правопорядка.
— Признаться честно, то, как вы угробили их прибор, было лучшим, что я видел за последние годы. — улыбнулся он. — Лицо доктора навечно останется в моей памяти.
— Думаю, это было весьма эффектно, хоть я ничего и не видела.
— Камера заискрилась и задымилась спустя минуту вашего нахождения внутри. Доктор чуть с ума не сошёл, я тоже беспокоился и сам открыл дверцы туманом, пока эти идиоты думали, что делать.
— Спасибо, что снова спас меня, дорогой.
— Это малая толика того, что я бы хотел сделать для вас.
— Поверь, ты уже делаешь много. Я благодарна тебе за твою помощь и не только в деле Геры, но и по жизни. С тобой мне спокойно.
Он едва заметно улыбнулся.
— Кстати, какое воспоминание вы открыли в той камере?
— Когда-то давно я впервые познакомилась со своей милой племянницей, и она наотрез отказалась называть меня Полиной.
— И поэтому вы просите называть вас «тётя Поли»?
— Именно! И сколько раз я просила обращаться ко мне именно так?
— Тётя Поли.
На душе было тепло, и всё же осталось последнее незаконченное дело.